Интересно, знали ли об этом трое похитителей, укравших картины в ночь на 19 мая 1998 года? Галерея закрылась в 22:00, и спустя полчаса злоумышленники вышли из укрытия и обезвредили ночных сторожей. Дальнейшие события достаточно банальны: один из них с оружием наперевес держал охранников под прицелом, пока другие забирали три желанные картины, не обращая никакого внимания на висевшие рядом полотна Дега и Климта. Получается, они точно знали, что хотели унести с собой. Это не какое-то там воровство, а настоящее ограбление. Поступил телефонный звонок: голос в трубке сказал о трех Ван Гогах, хотя одно из полотен не принадлежало кисти этого художника. Еще один звонок: на этот раз с просьбой освободить Феличе Маньеро – главу преступной организации Nuova Mala del Brenta, с которым мы ближе познакомимся в восьмой главе. Даже появилась неуловимая террористическая организация Falange Armata, о которой почти ничего не известно: ни то, кто это, ни то, что они делают. Также кражу приписывают некоему Фронту освобождения Падании[31].
В итоге вырисовывается банальный сюжет: всего восемь человек из Рима и Турина; одна из них – наводчица, работавшая в галерее, главарь – Энео Хименес[32], обладатель известной фамилии (правда, он никак не был связан с литературой). Спустя всего 48 дней – каких-то полтора месяца – картины, найденные в хорошем состоянии, вернулись на место.
О необычайном возвращении полотен домой никогда не рассказывалось подробно. Карабинерам удалось установить личность воров, но они по-прежнему не знали, где находятся картины. В первую очередь нужно было обезопасить сами полотна. Из США прибыл агент, чуждый миру искусства, – специалист по работе с наркотиками. Из люкса в роскошном отеле, расположенном в центре Рима, он дал понять, что заинтересован в покупке, после чего прибыл на обед уже в другой отель, находящийся на полпути к аэропорту Фьюмичино, где в каждой комнате было предостаточно «жучков» с прослушкой – даже в ванных. За столиком сидела пара влюбленных (на самом деле это были карабинеры). Первый запрос – 15 млрд лир – явно был заниженным. «Утром деньги – вечером стулья»[33]: преступники хотели себя обезопасить. За этим же столом прошла еще одна встреча. Портфель с 1 млрд лир – только что из Банка Италии. Арт-детективы забронировали три смежные комнаты: в той, что была посередине, лежали деньги (взятые взаймы), в других находились вооруженные полицейские (мало ли что). В середине обеда все разрешилось. Похитители проверили деньги – настоящие. На следующий день они вместе с картинами отправились из Турина в Рим. В этот момент всех их и взяли, а предполагаемый покупатель исчез навсегда – естественно, не оставив никаких следов. Грабители были приговорены к лишению свободы сроком от двух до семи лет. Возвращение произведений через полтора месяца после ограбления – настоящий блицкриг. Замечательная работа!
Этот пример далеко не единственный. В 2005 году появился Моцарт – не Вольфганг Амадей, вундеркинд в истории музыки, – а Руперт Айхмайер из австрийского города Линц. Он родился в 1923 году и вскоре отправился служить в вермахт в Италии, но в 82 года сменил род деятельности и стал организовывать автобусные туры для австрийцев по местам своих «боевых подвигов», попутно рассказывая, кто такие этруски[34], которыми он чрезвычайно восхищался. «Моцартом-солдатом» (все-таки он был австрийцем, как и известный композитор) его называли те, у кого были причины сомневаться в правдивости его слов. По приезде в Италию Руперт сразу нашел тех, кто будет вручать ему сумки, полные артефактов с раскопок. Предметы из Этрурии[35], зачастую аттического происхождения, – один из самых лакомых кусочков на черном рынке, приносящий огромную прибыль. Наш Моцарт создал в Линце музей, в котором экспонировалось 600 предметов, и даже составил каталог с указанием их стоимости. Еще 2400 объектов находились на складах «супермаркета краденого искусства». В Лацио кто-то закапывал артефакты в саду, ожидая, когда наконец приедет готовый их приобрести Моцарт.
Расследование началось со скудных улик, среди которых, впрочем, фигурировало имя, достаточно известное в своей области, – оно давно было на карандаше у карабинеров. Однажды Моцарт совершил ошибку: сидя за рулем в одиночестве – или ему лишь казалось, что поблизости никого нет, – он проговаривал свою историю от начала до конца. Возможно, он записывал, возможно, повторял по памяти. Его слушателями стали карабинеры, разобравшие одно имя: «Когда спустится Роберто?» Видимо, имя Руперт расхитителям гробниц казалось слишком уж экзотичным.
Найденное фото «Артемиды идущей»