На мой взгляд, отвращение — эмоция слишком сильная, чтобы использовать ее в работе. Тем не менее иногда меня спрашивают, можно ли провоцировать ее возникновение, чтобы сформировать группу людей, объединенных объектом общей нелюбви. Действительно, такой прием может сработать эффективно. Но при неудачном стечении обстоятельств результаты могут оказаться опасными.
Презрение — эмоция уникальная. Оксфордский словарь английского языка определяет презрение как «ощущение никчемности другого человека». Пол Экман использует более простое определение: он считает, что презрение представляет собой ощущение морального превосходства.
Получается, что презрение можно испытывать только по отношению к человеку. Интересно, что выражается эта эмоция обычно с одной стороны лица: например, в ухмылке, даже напоминающей улыбку (см. илл. 8.13).
Есть одна особенность, характерная для презрения: уголки губ поднимаются только с одной стороны лица, а иногда в ту же сторону слегка смещается и подбородок.
Так как презрение связано с ощущением собственного превосходства над другим человеком, оно способно повлечь за собой гнев. Проявляться это может в следующих телесных сигналах:
• Ощущение превосходства заставляет нас чувствовать себя увереннее. Эта уверенность проявляется по-разному, однако обычно она выражается стремлением занять больше места в пространстве.
• Если презрение в итоге разозлит собеседника, то до того, как вы увидите невербальные проявления гнева, можно заметить легкое напряжение челюсти и изменение позы в сторону большей агрессивности.
Я считаю, что использовать презрение в социальной инженерии не стоит. При этом понятно, как его применяют на более масштабном уровне, например в террористических организациях для привлечения новых адептов. Однако социальный инженер едва ли сможет использовать презрение для достижения своих целей.
Террористические организации часто эксплуатируют также и гнев, который граждане испытывают по отношению к идеологии или к правительству страны, и стремятся трансформировать этот гнев в презрение. Когда объект воздействия ощущает презрение (то есть свое моральное превосходство по отношению к объекту, на который направлен гнев), террористы предлагают «решение» и подсказывают, какие «действия» нужны для улучшения ситуации. Поразительно, как эффективно этот метод работает для разделения людей на воинствующие группы.
Страх — интересная эмоция. Цели у него могут быть совершенно разными: обычно он предупреждает нас об опасности, но в контролируемых дозах может даже веселить. Некоторым людям ощущение испуга или страха доставляет явное удовольствие.
Боязнь разочарования, неудачи, принятия неверного решения со стороны объекта воздействия, конечно, помогает социальному инженеру. И тем не менее использовать страх в больших количествах все же не стоит. Легенды, откровенно угрожающие объекту или пугающие его (например, потерей работы, семьи, жизни), могут вызвать слишком сильные эмоции. Если позже человек узнает, что его заставили все это переживать ради проверки безопасности, он наверняка испытает отвращение, презрение и гнев.
На уровне мимики страх выражается следующим образом:
Глаза широко открыты, мы стремимся максимально увидеть происходящее.
Тело напрягается, как правило, мы тяжело дышим.
Рот приоткрыт, губы растянуты, словно человек беззвучно кричит: «И-и-и!».
Все это наглядно изображено на илл. 8.14.
Что касается языка тела: испуганный человек, скорее всего, отпрянет, напряжется, поежится. Его поза будет выражать готовность бороться или убежать. Если вы испугаете собеседника, то, скорее всего, увидите реакцию как на илл. 8.15.
Обратите внимание на то, как Амайя отпрянула и напряглась всем телом. Ее рот растянут в беззвучном «и-и-и!». Она сидит в кресле и бежать ей некуда, что, скорее всего, только усиливает ощущение страха.
На илл. 8.16 изображено еще одно движение, которое часто совершают испуганные женщины, — попытка прикрыть яремную ямку.
Обращайте внимание на неявные телесные индикаторы эмоций: они помогут разобраться в чувствах объекта. Заметив признаки страха, вы сможете решить, насколько эта эмоция уместна и потенциально эффективна в конкретном контексте. Как я уже говорил выше, использовать страх в социальной инженерии можно, но я стараюсь не создавать ситуаций, в которых объекты будут чувствовать себя действительно в серьезной опасности.
