— Чем же, Валерий Владимирович, рассуждения сии могут огорчить мою матушку? — как бы недоуменно спросила Маша в гарнитуру, застегивая замочек цепочки. — Валентина Сергеевна очень любит обстоятельства. И тонкие, и толстые, и времени, и места, и цели, и меры. Меры — особенно. Филолог она или где? И я бы на вашем месте воздержалась от нелицеприятных высказываний в их адрес. Потерпи, я уже скоро, — и нажала на «отбой».
Горская оглядела себя в зеркале. Взлохматила ежик волос. Обычное семейное торжество, сказала она себе. День рождения мамы. Как-нибудь перетерпим. Обулась, накинула куртку, щелкнула выключателем в прихожей. С богом!
Цветы покупал Валерка. Во-первых, он в них разбирался, во-вторых, считал, что их должен дарить мужичина. Даже не так: мужчина должен дарить цветы. Точка. Он и Машу пытался завалить букетами. Особенно, когда столь неожиданно начались их отношения. Залесский, видимо, решил в полной мере компенсировать ей отсутствие конфетно-букетного периода, который обычно предшествует постели. Маша в принципе цветы любила. Но в какой-то момент она вяли. И их нужно было выбрасывать. И мыть вазу с вонючей водой. В общем, столько мороки… Поэтому они договорились, что цветы будут появляться только по праздникам: и долг выполнен, и приятно, и уход не требует больших усилий. Из цветочного салона Валера вернулся с букетом из шикарных кремовых роз. Обманчиво-простое оформление, явно влетевшее в копеечку, подчеркивало благородство цветов. Запах автовонючки мгновенно затерялся в сладком аромате. Что тут скажешь? Валерик — стратег. Вовремя задобренная теща — залог счастливой семейной жизни. От этой мысли во рту почему-то появилась горечь. Может, не так там и страшно, в Волшебной стране «Замужем», попыталась успокоиться Маша. Другие же живут. А некоторые в нее даже рвутся, не будем показывать пальцем на Галку.
— Маш, ты о чем задумалась? Мы уже приехали.
Действительно, снаружи был знакомый с детства двор.
Валера помог ей выйти из машины, и они поднялись в квартиру родителей. Дверь открыла именинница. Мама как всегда была на высоте. Маша всегда поражалась тому, как родительнице удаётся так выглядеть дома. Одно дело — когда ты куда-то идешь, но дома-то можно себе позволить расслабиться: надеть любимую длиннющую футболку, теплые носки и забраться с ногами в кресло. Мать же была безупречна, как королева. «Если ты хочешь, чтобы муж тебя любил, ты всегда должна быть для него красивой», — говорила мама. В целом Маша была с ней согласна, если бы не слово «должна». Наверное, именно «долги» супружеской жизни и мешали ответить ей согласием на предложение Валерика.
— Привет, дочура! — в коридоре появился улыбающийся отец. Он обнял Машу, пожал руку Залесскому и захватил Валерку с целью обсуждения курса доллара (куда держит курс рубль, и так понятно), очередного шедевра «британских ученых»[11], экономического господства Китая и других исключительно мужских, крайне важных проблем, включая план по захвату мира.
Женщины направились в гостиную.
— Чем-нибудь помочь? — спросила дочь без особой надежды — с тех пор как постперестроечный общепит разродился приличными ресторанами, мама стала заказывать еду для семейных торжеств там. Гарантированный успех при минимальных затратах. Аутсорсинг в действии.
— Спасибо, всё уже готово. Ждем только твоего братца, — ответила мама, наслаждаясь ароматов цветов. — Как тебе всё-таки повезло с Валерой. Когда вы планируете свадьбу?
— Мам, у него защита на носу. Сама понимаешь, докторская по экономике — немалая денежка.
— Мари, это не оправдание. При его-то заработках. У него точно никого нет? — насторожено спросила мама.
— Прости, частного детектива не нанимала.
— Ой, смотри, уведет его какая-нибудь вертихвостка!
— Давай, мы эту проблему как-нибудь сами решим, — поморщилась Маша. Разговоры о браке, наверное, самая распространенная тема между матерями и незамужними дочерьми. Никто не умеет наступить на любимую мозоль так, как мать.
Спас Машу звонок в дверь, и она двинулась в прихожую следом за именинницей.
— Тс-с! Аська спит! — были первые слова Женьки, завалившегося в коридор с детской переноской. Брат слегка округлился лицом от домашних харчей и спокойной семейной жизни. Следом вплыла улыбающаяся Лиза с букетом.
— Валентина Сергеевна, с днем рождения, — вручила она букет свекрови и ткнула мужа локтем под ребра.
— С днем рождения, ма! Подарок я тебе сейчас отдам. Куда можно ребенка уложить? — произнес, разуваясь, Евгений. Оглядевшись, он вручил ребенка Маше, скинул куртку и помог раздеться жене.
Мама старательно улыбалась. Увы, она никогда не разделяла Женькиных вкусов. Ей не нравились его приятели, работа, отношение к жизни… Стоит ли удивляться, что выбор жены ее тоже не впечатлил?
