Кстати отмечу, что предыдущая фраза […], переведенная мною: «если его командиры бранятся, значит, солдаты устали», то есть со вставкой «солдаты», другими комментаторами, например Ду Ю, понимается иначе: «Если его командиры бранят (своего командующего), значит, они устали».
42
Сорай полагает, что словосочетание «цюй жэнь» следует понимать в смысле «вырывать победу у противника», обращать его действия себе на пользу. Такое толкование возможно и в духе Сунь-цзы, но в данном месте не обязательно. Ду Му толкует это словосочетание совершенно оригинально: выбирать людей способных и талантливых. Это связано с общим его пониманием этого места. Он полагает, что Сунь-цзы говорит о том, что, когда нет численного превосходства противника и нельзя надеяться на особую храбрость своих солдат, следует отобрать наилучших, перемешать их с остальной массой и, тщательно взвесив все положение у противника, одержать победу. Это толкование неприемлемо потому, что тогда слово «жэнь» приходится относить к своим солдатам, в то время как обычно у Сунь-цзы, а главное – сейчас же в следующей фразе им обозначается именно противник.
43
Ду Му толкует слово «гуа» как местность гористую и обрывистую, в которой позиции обеих сторон частично заходят друг за друга, как «зубы собаки». Однако при таком толковании трудно понять смысл указаний насчет боя в такой местности, которые дает Сунь-цзы. Поэтому я и остановился на толковании Лю Иня, прямо говорящего, что здесь разумеется местность впереди низкая, позади высокая, то есть более возвышенная там, где находишься сам, и более низменная там, где находится противник; иначе говоря, наклонная в сторону противника. Это толкование лучше всего согласуется с последующей характеристикой такой местности, данной самим Сунь-цзы (п. 3).
44
Интересно, что с этим предписанием – «грабь» – мирились далеко не все комментаторы Сунь-цзы. Ли Цюань, например, считает, что в этом месте текст дефектен: будто бы выпал один иероглиф «бу» – отрицание, что в оригинале должно было быть вместо «грабь» – «не грабь». Но это является чистейшим вымыслом комментатора, ни на чем не основанным. Сунь-цзы, несомненно, допускает грабеж, как это видно не только из этого места, но и из II главы, где он прямо говорит о том, чтобы продовольствоваться за счет противника.
45
В своем комментарии к этому месту я упомянул, что европеец сказал бы: «храбры как Гектор и Ахиллес». Древние эллины, несомненно, протестовали бы против какого бы то ни было сопоставления своих прославленных героев с Чжуань Чжу и Цао Куем. В самом деле, подвиги этих древних китайцев, может быть, и свидетельствуют об их храбрости, но никак не являются доказательствами их благородства. Чем прославился Чжуань Чжу? В период Чжаньго (VI в. до н. э.) в княжестве У случилось такое событие. Один из принцев – Гуан замыслил убить правившего тогда князя Лао. По совету У Цзы-сюя он привлек для этой цели известного храбреца Чжуань Чжу. Устроив пышный пир, на который был приглашен ничего не подозревавший князь со своею свитой, он приказал повару вложить в большую рыбу, поданную на стол, меч. Когда эта рыба была подана и разрезана, Чжуань Чжу по данному сигналу выхватил меч и заколол князя, а затем, обратившись на оторопевших от неожиданности его приближенных, переколол и их.
Также не очень большим благородством отличается и подвиг Цао Куя. Дело происходило в период Чуньцю (VII в. до н. э.). Цао Куй был военачальником на службе в княжестве Лу у князя Чжуан-гуна, и притом военачальником неудачливым: он три раза проигрывал войну с соседним княжеством Ци. В результате часть земель княжества Лу отошла к Ци. Тогда луский князь решил примириться с циским князем и повел с ним мирные переговоры. И вот во время встречи князей Цао Куй, бывший в свите своего князя, внезапно выхватил кинжал, приставил его к горлу циского князя и потребовал возвращения отнятых территорий.
46
Перевожу словосочетание «фан ма» согласно толкованию Ду Му, то есть в смысле «связывать лошадей и строить их четырехугольником». Считаю, что к этому толкованию обязывает общий контекст с последующим выражением «май лунь» – «зарывать колеса в землю». Речь идет об устройстве из всех колесниц, главным образом, конечно, из тяжелых, специально предназначенных для обороны, чего-то вроде баррикад, окружающих войско с четырех сторон. В этом случае лошади связываются вместе и также расставляются по сторонам вместе с колесницами.
47
