Искусство войны полностью

Кажется, даже фильм такой был… Там еще играл… этот… Смазливчик. Забыл, как его звать… А, точно, Том Круз. Его герой умудрился, померев, вернуться на день назад, чтобы потом снова умереть. И так по новой, снова и снова. Вроде бы он нашел причину, но для устранения проблемы ему пришлось… да, да, снова и снова умирать. Удручающая перспектива.

Но и от одних воспоминаний было неприятно. Раз за разом ощущать все это — бой, напряжение, страдания, смерть… Скорей бы проснуться! Но… Снова и снова приходится смотреть этот фильм ужасов… Или боевик? Не важно.

К тому же, как показала практика, я начал привыкать. Люди — или же, в нашем случае, разумные — привыкают абсолютно ко всему. Воевать, и даже — убивать. Вот и я «привык» к этим видениям, стал рассматривать их более подробно и бесстрастно, критически — насколько это было возможно — оценивая то или иное действие.

…Миг — и звезды замедлили свой бег. Наша эскадра вышла в обычное пространство, в двухстах девяноста километрах от Корусанта. Обычно корабли выходят чуть ближе, но сейчас попытка выйти из гиперпространства вблизи планеты — то есть в паре десятков километров, рядом с границей так называемого гравитационного колодца, окончилась бы катастрофой. Слишком много кораблей было там, и риск протаранить что-то или вовсе выйти внутри какого-нибудь крейсера или фрегата из призрачного шанса становился непререкаемой истиной…

Честно признаться, меня тогда пробрало от величественности картины. Даже то сражение за Корусант, что я видел в фильме, не так меня впечатлило. Может быть, из-за того, что картина не была панорамной, а все внимание было сосредоточено на главных героях; битва же была где-то там, вторым или даже третьим планом. Сейчас же вся панорама боя была передо мной как на ладони. Со стороны картина напоминала… а хатт его знает что. Корабли КНС образовывали эдакую постоянно двигающуюся «линзу» над одним из районов Корусанта, под которой были сосредоточены недобублики «Барышников». Некоторые из них, правда, присутствовали и в общем построении. Наши корабли атаковали это построение со всех сторон, пытаясь прорваться внутрь построения противника, атакуя транспортники и одновременно получая возможность зайти в тыл к кораблям противника. Впрочем, им это пока что не удавалось. Да и мало их было, республиканских отметок на тактическом столе…

Исходя из нашего плана, мы начали медленно продвигаться вперед, к месту общей свалки. «Изысканный», выдвинувшись вперед, открыл огонь из своих носовых химических масс-драйверных пушек, а затем и лазерных орудий, а едва противник начал стрелять уже по нам — в дело вступили турболазеры. Сократив дистанцию, мы немного замедлились, а затем ввели в бой и ионные орудия…

…Снаряды этих масс-драйверных пушек летели медленно, особенно в сравнении с лазерами, которые мгновенно поражали противника, или же турболазерами, росчерки которых окрашивали космос своими вспышками. Их даже не было видно. Виден был только результат. Этим снарядам было плевать на дефлекторные щиты — они беспрепятственно поражали корабли противника. Первым же залпом мы накрыли один из этих новых кораблей КНС — «Бунтарь-переросток». Отчетливо было видно, что снаряды, проникнув сквозь обшивку, вызвали мощные взрывы внутри корабля… Не отставали и энергетические орудия. Мощь лазерных орудий была такова, что двумя-тремя попаданиями мы снимали щит любого корабля, а фрегат «Щедрость» мог не пережить и двух выстрелов…