Разве что знакомый стук деревяшки…
Открыв глаза, девочка увидела, как с тропинки к ним выходят гранд-магистр Йода, в сопровождении еще одного магистра — Стас Аллие.
— Добрый день, магистры, — Викт, не переставая массировать ее плечо, поздоровался с вновь прибывшими.
Асока тоже поприветствовала их, не переставая растирать ногу. Пришлось и Бет промямлить положенные слова, сидя на полу.
— Извините, что побеспокоили вас, — ответила толотианка.
— О здоровье вашем я побеспокоиться пришел. — сообщил Йода, и неожиданно просеменил к скамейке. Таллисибет тут же узнала «этого» Йоду: так он обычно вел себя с юнлингами.
— Ну, как наше здоровье?.. Вам со стороны виднее, — ответил Викт.
Бет была готова биться об заклад, что учитель сейчас улыбается. В последнее время он стал больше шутить, особенно на тему своих увечий. Она чувствовала, что это было неспроста: несмотря ни на что, мужчине было тяжело. Это как бесконечная тренировка, когда на твоей голове глухой шлем, а ты пытаешься отразить выстрелы тренировочного дроида. Только все намного сложнее. Но учитель старался этого не показывать. Глядя на него, девочка испытывала странную смесь эмоций: гордость и сострадание. И — не пыталась жалеть его. Это было лишним сейчас.
— Виднее, х-мм. Полна энергии молодежь. Совсем старым стал я, раз это ощущаю…
— Да ладно вам прибедняться, гранд-магистр, — Викт хмыкнул, — Вы у нас в самом соку…
— Ха-ха, — Асока расхохоталась, — Молодой-зеленый…
Бет улыбнулась. Очень точно подмечено.
— К старшим уважение проявлять должно, — назидательно заметил гранд-магистр, улыбаясь.
— Ладно, — Викт закончил разминать ее плечо, и обернулся к Йоде, — Зачем вы пришли?
Вместо главы Ордена Джедаев ответила Стас Аллие.
— Как скоро вы сможете приступить к вашему заданию?
— Вы про Атрисианское Содружество?
— Да.
Эстерхази оживилась. Учитель дал ей материалы по этому делу, еще во время полета на Корусант. Война-войной, но ей еще не приходилось участвовать в подобного рода заданиях, на которые джедаи обычно и летают.
Викт помассировал виски.
— Завтра у нас прием для офицеров. После мне нужно слетать на Корулаг, утрясти кое-какие дела, связанные с комплектованием «Мерн-тринадцать», по пути заглянув на Брентаал-Четыре. Думаю, это займет три-четыре дня. После возвращения мы будем готовы отправиться.
— Оу, так скоро? — удивилась молодая женщина, и тут же пояснила, — Я думала, вам потребуется недели две…
— Ну, мы выглядим хуже, чем есть на самом деле, — Асока вытерла руки о полотенце. — Вот воевать нам немного рано.
— На том сойдемся. — Йода соскочил со скамейки. — Через пять дней отправитесь вы в Содружество. Отправку организуем мы, в содействии с Сенатом…
— А они тут причем?
— Один из сенаторов полетит с вами, как представитель Сената.
— И кто?
— От Набу сенатор с вами летит, — заявил гранд-магистр.
— Уж не Амидала ли? — изменившимся голосом спросил Викт. Таллисибет удивленно посмотрела на него.
«С чего бы это? И Асока как-то странно морщится».
— Да.
—
В политике ничего не происходит случайно.
Если что-то случилось, то так было задумано.
♦ ♦ ♦
Закончив процедуры, я отправил использованное полотенце в специальный контейнер. Ранения, полученные при взрыве, и наличие повязки на глазах внесли коррективы в мое обычное расписание. В частности, душ принимать было нельзя; поэтому приходилось ограничиваться обтиранием материей, пропитанной специальным составом. Самый ближайший аналог — влажные салфетки. Так себе результат, не сравнимый с привычным душем, но не всегда наши желания совпадают с возможностями.
Так же осторожно я вышел из душа. Эх, скорее бы глаза зажили. Зудятся, сволочи, сил нет — но это хорошо; значит, процесс восстановления идет. Пару месяцев осталось терпеть эту темноту. Остается подбадривать себя тем, что это интересный опыт. Да, Сила здесь здорово помогает, немного облегчая передвижение да помогая «видеть» своих собеседников. Однако, до миралук мне далеко. Они видят… может быть, немного по другому, но в некоторых моментах даже лучше, чем люди или кто-то еще. К примеру, темнота для них вообще не помеха.
Интересно… а есть ли у миралук такое понятие, как день и ночь? Я вот уже немного потерялся во времени, деля его на «время бодрствования» и «время сна». Последнего, кстати, было довольно мало. Тело, не отягощенное обычными заботами, меньше уставало. Мозг, не получая должного количества информации от глаз, точно также уставал медленнее. Идеальные условия для мыслительного процесса.
Особенно в том случае, если есть над чем подумать.
