Рационализм. Б. Ахмади считает квинтэссенцией модерна рационализм и рационализацию общественной жизни (Там же: 11). Поэтому некоторые называют модерн периодом динамизма разума. Рационализм — это апелляция к разуму при оценке всех явлений и отрицание авторитета всего, что не укладывается в рациональное понимание; единственным критерием истинности утверждений являются разум и рациональные доводы. До прихода эпохи модерна рационализм не существовал в подобном значении. Поначалу он упрочил позиции в эпистемологии, но постепенно распространил влияние на все остальные сферы, как абстрактные, так и сугубо практические. Это означало, что его доводы обрели решающее значение при необходимости установить истину и что в случае, когда мы что-либо утверждаем, необходимо с помощью логических процедур продемонстрировать оправданность наших утверждений. Такой рационализм, называемый также радикальным или максимальным рационализмом, принял последовательный вид в рамках учения, получившего название эвиденциализм. Вкупе с серьезным вызовом, брошенным религиозным верованиям, рационализм подобного толка породил дискуссии, касающиеся философского осмысления религии. И хотя проблема разума и веры имеет довольно солидную историю, рационалисты модерна придали ей особую остроту. Их основной тезис — вера оправданна лишь в том случае, когда доказывается доводами разума и рациональной аргументацией (этот метод приняли на вооружение многие философы, начиная с Декарта, Спинозы и Джона Локка). А поскольку все доказательства бытия Божия, будь то космологическое, телеологическое, онтологическое или этическое, ущербны, вера в Бога и прочие религиозные убеждения не имеют под собой достаточных рациональных оснований.
Эмпиризм. Строго говоря, для модерна эмпиризм означает не столько ориентацию на опыт, сколько то, что всё можно проверить и подвергнуть критике. Иначе говоря, он считает несуществующим всё неподдающееся эксперименту и недоступное опыту. Поэтому многие метафизические и этические принципы, а также вся религиозная сфера утрачивают свое значение. Появление позитивистских направлений, первым основоположником которых был в начале XIX в. Огюст Конт[47], связано именно с этими идеями, апогеем же их развития стало возникновение логического позитивизма и знаменитого Венского кружка[48]. Как утверждает один из постулатов позитивизма, если высказывания нельзя ни опровергнуть, ни доказать эмпирическим путем, они бессмысленны и пусты (Flew, 1955).
Гуманизм. В эпоху модерна под гуманизмом подразумевается вера в знание и силу человека. Человек предстает в роли хозяина своей судьбы и мира. Он считает себя обладателем присущих ему от рождения прав, причем возможность выбора между приверженностью той или иной религии или полного отказа от нее также является одним из основополагающих прав человека.
В наши дни некоторые интеллектуалы обращаются к так понимаемому гуманизму для обоснования требования отделения религии от политики. Язык политики, говорят они, является языком права, а язык религии — языком обязанности, поэтому тот, кто хочет сделать религию политической, а политику — религиозной, должен сделать либо язык религии языком права, либо язык политики — языком обязанности. Такого рода рассуждение представляется нам неверным хотя бы потому, что обладание правом не противоречит обладанию обязанностью. Право — это неотъемлемый, сущностный атрибут человека. В исламе право нельзя отделять от обязанности. Тот самый Бог, который дал человеку обязанности, наделил его также естественными и божественными правами, хотя последние стоят выше его шариатских обязанностей.
Индивидуализм. Индивидуализм модерна связан с первостепеннной значимостью прав отдельного человека, на которые должны ориентироваться общественные и политические институты. Ценность тех или иных правовых систем, включая политические, экономические, семейные, международные и прочие, зависит от того, в какой мере они отстаивают и защищают права индивида. Индивидуализм означает, что все должно быть направлено на службу индивиду. Правда, возникает проблема, состоящая в том, что подчинить службе человеку абсолютно всё практически невозможно: границей прав одного индивида становятся права других.
Реформизм, или религиозные реформы. Сама по себе реформа, начатая Мартином Лютером, была не чем иным, как борьбой за очищение христианства от процветавших в католицизме искажений апостольского учения и порочной практики Ватикана: торговли индульгенциями, симонии, нравственной распущенности иерархов. Однако протесты послужили причиной возникновения не только новых христианских течений, но и в достаточной степени благодаря растущему влиянию рационализма, формированию движения против религии как таковой. Таким образом, антикатолическое движение породило в конечном счете такие явления, как противостояние религии и секуляризм.
