Дорога до нужного корабля заняла у де Мельгара не более пятнадцати минут. Он шел бодрой уверенной походкой с брыкающейся и мычащей девушкой на плече, стараясь не обращать внимания на недовольство упрямицы и на косящихся одиноких прохожих, встречающихся на пути.
Когда Эрнандо со своей ношей ловко поднялся по доске на покачивающийся на волнах фрегат, он наткнулся на двух матросов. В этот поздний час на палубе они кидали кости, сидя на бочках. Увидев капитана с женщиной, они не могли сдержать своего удивления.
– Эй, кэп! Эта портовая девка не захотела по-хорошему идти с вами? – громко гоготнул один из них на иностранном языке, и Саша отчетливо поняла, что он сказал.
Матрос говорил по-французски, она прекрасно знала этот язык.
– О-ля-ля, какие стройные ножки! – воскликнул второй так же на французском.
Саша заскрипела зубами от бессилия и унижения. Конечно, этот наглец так небрежно держал ее рукой за бедра, что юбка задралась до коленей, открывая мужским взглядам ноги в белых чулках. Она мотнула головой в сторону и увидела из своего склоненного положения только сапоги двух сидевших матросов.
Эрнандо, даже не обернувшись на мужчин, хрипло гаркнул:
– Заткнитесь оба! Еще слово, и будете всю ночь драить нижнюю палубу до цвета белого дерева!
Быстро последовав дальше в сторону кормы, де Мельгар уже через минуту поднялся по лесенке на верхнюю палубу, устремившись в своей каюте. Матросы проводили его высокую фигуру недоуменными взглядами, и один из них проворчал:
– Чего это кэп такой злой?
– Ясное дело, девка несговорчивая попалась, видишь, пришлось даже сюда ее тащить. Ничего, развлечется сейчас и подобреет.
– Я бы тоже с такой порезвился.
Зайдя в каюту, Эрнандо ногой закрыл дверь и огляделся, думая, куда определить девушку. Его взгляд остановился на широкой кровати сбоку, она имела крепкое основание и четыре вертикальных столба по краям, для балдахина. Де Мальгар не особо жаловал все эти дамские подушки, удобства и шелка, потому балдахина на его кровати никогда не было.
– Добро пожаловать в мое логово, – заявил он в шутку, чтобы хоть немного разрядить напряженную обстановку.
Эта история со связанной красавицей ему тоже была не по душе, но другого выхода, кроме как помочь этой непонятливой девице, он не нашел.
Быстро встав сапогом на кровать, он легко приподнял Сашу на руках вверх к потолку. Перебросил ее затянутые ремнем запястья через деревянную стойку кровати. Связанные руки девушки оказались вокруг круглой стойки. Все это Эрнандо сделал с такой изящной прыткостью и силой хищника, словно пленница ничего не весила. Опустив Сашу на кровать, он довольно оскалился.
– Посидите пока здесь, я отдам распоряжения и вернусь.
Откинув волосы с лица и наконец-то ощущая себя вверх головой, она недовольно замычала, что-то требуя.
– Простите! Забыл!
Он вернулся к сидящей на кровати девушке и быстро вытащил из ее рта свой шейный платок.
– Вы гнусный… – у нее сорвался голос, так как в горле пересохло, и она пару раз сглотнула слюну. – Немедленно развяжите мне руки и выпустите! Или я буду кричать!
– Солнце мое, не надо угроз, – хмыкнул он, подходя к двери. – Кричи, если хочешь. Это тебе не поможет.
– Негодяй! Я требую, чтобы вы … – зарычала в неистовстве Саша, но мужчина быстро вышел, плотно закрыв за собой дверь каюты.
Когда он удалился, девушка еще выкрикнула пару злых слов и замолчала, поджав от досады губы. Наверняка сейчас этот гадкий испанец отдает распоряжение своим матросам не реагировать на ее крики. И, естественно, ей никто не поможет.
Сашенька уставилась ненавидящим взглядом на деревянный столб перед носом. Ее руки обвивались вокруг него, перетянутые на запястьях его ремнем. Дергая руками, она пыталась понять, как выбраться из этого капкана.
Она немедленно вскочила на ноги и потопталась у кровати. Снова села, смотря вверх на большой столб, на который были надеты, словно кольцом, ее руки. Через миг Сашенька взобралась ногами на кровать, прямо в ботиночках, и как можно выше подняла руки. Она попыталась скинуть их со столба. Но он был так высок, что даже на цыпочках, стоя на низкой кровати, Саша не могла этого сделать. До верхушки стойки оставалось не меньше аршина.
Она начала прыгать на кровати, пытаясь все же скинуть руки с этого капкана-столба, но ничего не получалось. Спустя полчаса она устало присела на кровать и недовольно посмотрела на верх столба.
– Как же снять руки?! – бурчала она.
Вдруг ей в голову пришла идея. Она вновь встала на кровать и, обхватив ногами столб, попыталась лезть вверх, как по канату. Со связанными руками это делать было очень трудно. И она не смогла подняться высоко. Шелковое платье мешало ей, скользя по гладкому столбу. Недолго думая, Сашенька задрала юбку до самых бедер и обхватила столб ногами. Так захват был плотнее и крепче. Прижавшись всем телом к столбу, она попыталась передвигать ногами, удерживаясь связанными руками от сползания вниз. У нее даже получились приподняться почти до верха.
– Весь товар загружен, Сальватор? – окликнул де Мельгар коренастого жилистого мужчину, выходя на палубу.
– Еще вчера все перенесли в трюм, кэп, – ответил ему первый помощник, покуривая трубку.
– Запасы пополнили для плавания?
– Надобно догрузить еще пару десятков бочек с водой и парусину про запас.
– У тебя есть шесть часов, Сальватор. Утром снимаемся с якоря.
– Утром? Но…
– Это приказ. Я в город. Надо уладить одно дело. Так что поторопись, чтобы к утру «Орифия» была готова к отплытию. Пошли Яго за всеми матросами, кто околачивается сейчас в порту. Пусть немедля возвращаются и готовят корабль.
– Слушаюсь, капитан, – кивнул помощник.
Отдав еще несколько приказов второму помощнику и корабельному лекарю, Эрнандо направился обратно в свою каюту, собираясь переодеться в более неприметную одежду.
Когда он распахнул дверь и порывисто вошел, то на миг застыл на месте. Девушка, задрав юбку, как заправский матрос, пыталась лезть по стойке кровати вверх. Ее стройные ножки в белых чулках весьма соблазнительно смотрелись на черном дереве.
– Забери меня кривая каракатица, вот это картина! – раздался восхищенный возглас де Мельгара, проходящего в каюту.
В своих неистовых попытках залезть на столб, Саша не услышала его шагов. Мигом скатившись обратно на кровать, девушка одернула юбку.
– Если хотите, позже я научу вас взбираться на реи, раз вы так жаждете куда-то залезть, – подтрунил Эрнандо над ней.
– Идите прочь со своими реями! – произнесла она непокорно.
Сашенька была в такой агонии, что позабыла все хорошие манеры, которым ее учили в пансионе. Жгучая несправедливость от всего происходящего завладела ее существом. И как вообще можно соблюдать спокойствие и быть выдержано-манерной в такой неприятной ситуации, когда тебя, как мешок с картошкой, притащили на корабль и держат связанной. Конечно, благовоспитанная девица должна была тихо сидеть и лить слезы. Но Саша не собиралась этого делать, и она точно не хотела показывать свою воспитанность и знания этикета перед этим наглым испанцем.
– Я все равно убегу, вам не удержать меня, Эрнандо де Мельгар! – пригрозила она.
– Может, уже успокоитесь? – хмыкнул он, оценив ее бойцовый ответ.
Подойдя к ней, он убирал прядь волос, которая упала на ее влажное лицо и мешала смотреть.
– Не трогайте меня! – взбрыкнула она, отворачивая голову. – И немедленно отпустите!
– Алеандра, угомонитесь уже. Вам ничто не угрожает на моем корабле. Я отчетливо знаю, что для вас лучше.
– Так вы заодно с ним! С этим убийцей! Я поняла! – воскликнула она.
– Это не так.
– Нет, вы знали, что он задумал, потому и предлагали мне бежать еще в день свадьбы! Вы знали, что планируется убийство и позволили ему случиться!
– Я же вам сказал, что не знал всего! Клянусь вам. Неужели вы думаете, я бы позволил Мигелю совершить это бесчинство?
– Врете! Вы врете. Все вы знали, признайтесь!
– Не знал, говорю вам. Мигель постоянно твердил в тот день, что вы пожалеете, что охмурили его отца и отобрали его деньги. Но что конкретно задумал, он не говорил мне. В ночь венчания Мигель послал мне записку, где извещал, что я могу забрать вас на корабль под свое покровительство. Он давно видел мою симпатию к вам. В записке он только намекнул, что после того, что случилось этой ночью, вы не сможете остаться в империи и вам надо будет бежать из страны.
– Складно врете, – поморщилась она.
– Это правда. Едва получив от него послание, я сразу поспешил в дом Протасовых, чтобы забрать вас. Но, когда приехал, вас и след простыл. Вам все же надо было дождаться меня, а не бегать по темному городу, влипая во всякие неприятности. Я немедленно кинулся искать вас, сначала в съемных комнатах, потом в трактире, но не мог застать, вы уходили раньше, чем я появлялся.
– Конечно, жаль терять свои деньги…
– Дело не в деньгах, – заявил он твердо, окидывая ее горящим взглядом.
– А в чем же?
– Вы нравитесь мне, Алеандра, и довольно сильно. Именно поэтому я решился на этот дерзкий поступок. Вы должны успокоиться. Позже вы поймете, что я был прав, поступив подобным образом.
– У вас есть хоть капля совести? – возмутилась она, видя, что он еще считает себя правым. – Это бесчестно и отвратительно удерживать меня силой!
– Я спасаю вас от себя же самой. Подумайте, ну куда вы пойдете? Вас ищет полиция и ваш безумный шурин. Одни чтобы арестовать, второй чтобы убить.
Она поджала зло губы, сверля его непокорным аквамариновым взглядом. Пытаясь, видимо, запугать или воззвать к его совести своим негодованием. Но выглядела скорее как напуганный затравленный зверек.
Эрнандо отошел в угол просторной каюты и, скинув бархатный темно-серый сюртук, быстро надел короткий черный кожаный камзол, неприметный и потертый.
– Я поеду к отцу!
– Еще большая глупость, – обернулся он к ней и тут же, перебрав на ближайшем столе, заваленном картами, несколько шляп, выбрал самую простую и водрузил на свою темноволосую голову. – Отец продал вас старику Протасову на утеху, неужто вы думаете, что он вступится за вас?
– Я не хочу слушать ваши изъяснения!
Он быстро проверил оружие, саблю и пистолет на боку, и вновь обернулся к Саше.
– Мне необходимо ненадолго уйти. Потому останетесь под присмотром Матье. Ведите себя хорошо.
– Вы что, оставите меня связанной?
– Да, – кивнул он. – А то еще сбежите, – оскалился он хитро и уже у двери добавил: – Матье за дверью, если что. На ваши крики он не придет. Но, если захотите в… – он замялся. – Вы поняли, о чем я. Крикните его по имени три раза. Он придет. Матье, запомните.
Он вышел, закрыв дверь на замок с внешней стороны.
Слыша, как затихли шаги де Мельгара за дверью, Саша нахмурилась и начала нервно думать, что делать. Она решила посмотреть на этого Матье, возможно, он не такой непробиваемый, как этот испанец, и сжалится над ней. Она выкрикнула имя матроса три раза и тут же услышала, как повернулся ключ в замке.
– Доброго вечерка, девица, – входя, сказал по-французски русый матрос в темной одежде и с загорелым лицом. – Кэп Эрни велел за вами присмотреть пока. Чего вам надо?
– Вы француз? – спросила Саша так же по-французски.
Она прекрасно знала этот язык, потому поняла, что он сказал, и тут же вспомнила, что видела его сапоги. Его голос тоже был ей знаком. Именно он говорил о ее ногах, когда де Мельгар проносил ее по палубе.
– Да, звать Матье. Я помощник кэпа. Заглянул спросить, что вам нужно? Вода там или еще что?
– Матье, как хорошо, что вы пришли, – улыбнулась ему Саша, продолжая говорить на родном языке француза.
– Так что нужно?
– Вы должны помочь мне, мне надо выйти отсюда.
– Кэп запретил это.
– Конечно, запретил, он удерживает меня силой здесь, Матье.
– Не выдумывайте.
– Ваш капитан украл меня и хочет надо мной надругаться, вы это понимаете?
– Неправда. Кэп Эрни не такой. Я с детства с ним знаком.
– Но я здесь! Вы видите, Матье. Он приволок меня против воли.
– Значит, на то были причины. Он сказал, что все объяснит нам, когда вернется.
– Нет никаких причин, чтобы насильно удерживать меня здесь, вы понимаете, Матье? Ваш капитан гнусный человек, он в сговоре с мерзавцем, который убил моего мужа. Граф де Мельгар украл меня, заплатив деньги моему шурину, чтобы сделать своей рабыней.
– Зря вы так плохо говорите о кэпе. К тому же зачем вы ему сдались-то? Когда все портовые девки и дамы высшего света от него без ума? Это он выбирает из них. А вы, бледная девчонка, наверняка все врете.
– Вы видите, у меня связаны руки! Это, по-вашему, тоже ложь?
– Кэп Эрни сказал, что вы пытались его поранить, потому пришлось вас связать, – возразил он ей в защиту де Мельгара. – Но мы сейчас все устроим. Кэп разрешил вас развязать, если уж совсем вам невмоготу будет.
Мужчина начал возится с ремнями, стягивающими запястья девушки, и спросил:
– Есть хотите?
– Нет. Матье, я вижу, вы хороший человек, прошу, помогите мне. Отпустите меня, пока де Мельгар не вернулся.
– Нет, – замотал он головой, освобождая ее руки от ремней.
Сашенька так и сидела на кровати, а Матье подошел к столу, зажигая огнивом свечи в низком канделябре, чтобы было не так темно. Воспользовавшись тем, что матрос отвернулся на минуту, девушка стремглав ринулась к двери. Но не успела выскочить даже из каюты, как Матье схватил ее за талию и заволок обратно. Девушка вмиг ударила его по плечу и даже укусила за руку. Матье взвыл и тут же легко оттолкнул ее от себя. Саша упала на кровать, на мгновение потеряв ориентиры.
– Ничего себе, какая бешеная! – возмутился он. – Не зря кэп связал вас. Вот ведро, вон кувшин с водой, а я пошел. Дверь заперта. Я за дверью лягу. Так что ведите себя потише.
Он быстро ретировался, вновь заперев ее.
Подбежав к двери, Сашенька пару раз со злостью ударила дерево кулаком, но Матье уже запер замок. Девушка устало прислонилась спиной к двери, недовольно выдохнув.
– Верный пес, – прошептала она. Матрос был слишком предан де Мельгару, чтобы помочь ей, это понятно. – Как же отсюда выбраться?
Она чувствовала, что у нее немного времени, пока не вернулся этот гадкий испанец и пока у нее развязаны руки.
– Корабль еще в порту, надо бежать немедленно, пока мы не отплыли, – внушала она сама себе, ощущая, как пол под ногами непривычно чуть покачивается.
Она оглядела просторную каюту, внимательно проводя глазами по сторонам. Ее взгляд остановился на двух больших окнах напротив. Подбежав к ним, она отодвинула большое кресло, мешавшее ей, и начала дергать раму, пытаясь распахнуть окно. Ей удалось немного приоткрыть верхнюю створку, но полностью оно не поддавалась. Вскоре получилось сдвинуть железный крюк, и она распахнула верхнюю часть окна. Пододвинув высокий деревянный табурет, Сашенька встала на него, высунулась наружу и посмотрела вниз. У борта в трех саженях внизу плескалось море. Каюта капитана находилась на корме в задней части судна и, похоже, занимала всю ширину корабля.
Склонившись, Саша несчастно поджала губы. Через миг ее замутило от вида такого огромного количества воды. Она не умела плавать, и даже если она вылезет в окно, толку не будет.
Она долгое время смотрела на водную гладь и думала о том, что можно найти что-то плавающее в каюте и ухватиться за этот предмет. Далее доплыть до причала, который совсем близко. В одной из книг про мореплавателей она читала о таком. Но как проверить, что эта вещь не утонет? Бросить ее в воду, а потом прыгать за ней? Нет. Это было очень страшно. А вдруг она не поймает ее в воде? А если спрыгнуть сразу с вещью в руках, та может и утонуть, и Саша вместе с ней. Девушка не просто не умела плавать, она вообще опасалась такой громадины, как море, еще эти волны, которые вмиг могли накрыть ее с головой и залиться в нос и уши.
Хотя, когда они с отцом пару раз гуляли по набережной в Одессе, Сашенька с удовольствием наблюдала за всеми волнениями на море, волны постоянно менялись, как и цвет этой пучины.
Через час внутренних терзаний, печально вздыхая, Сашенька захлопнула окно и осела на деревянный выступ-подоконник под окном.
– Так мне не выбраться. Надо искать способ выйти на палубу через дверь.
Она вновь попыталась покричать и постучать кулачками в дверь, требуя ее выпустить, но Матье не отзывался.
Устав и ощущая, что у нее больше нет сил бороться с этими жуткими обстоятельствами, ворвавшимися в ее жизнь, Саша медленно подошла к кувшину с водой. Она умыла лицо и руки. Присев на кровать, она прилегла на покрывало, желая просто немного набраться сил, но вскоре ее сморил тревожный сон.
