Правда, вот и группа поддержки Диаса: Фернандо Клаудин, известный теоретик коммунистического движения, Педро Чека — один из самых молодых членов ЦК КПИ, подающий надежды лидер коммунистов, Хосе Ларраньяга Чарукка — коммунист из басков, вынашивает идею создания компартии страны Басков. А еще вижу Антонио Михе Гарсиа — из Севильи. Не только коммунист, член ЦК, но и влиятельный профсоюзный деятель, возглавляет Всеобщую унитарную конфедерацию Труда — не самый маленькое объединение профсоюзов. Еще один колоритный персонаж Винсенто Урибе Гальдеано, полубаск-полукастилец. Много внимания уделил созданию Народного фронта, имеет в нём авторитет. Ну что же, вижу, что симпатиков линии Сталина тут больше, впрочем, это не самое главное.
— Товарищи, вы знаете, кого я представляю! — начинаю свою небольшую, но очень важную речь. Зал тут же затихает.
— Нами выявлена провокация, которая имела своей целью подрыв всего коммунистического движения в Испании, внесения раскола в его ряды. Для этого были использованы предатели рабочего движения. Нам стали известны организаторы покушения на товарища Нина.
Зал затих, затем поднялся шум, который тут же смолк, как только я продолжил.
— Более того, организатор покушения тут, в Испании, находится в наших руках и дал признательные показания. Этот человек был завербован год назад в Париже белогвардейской разведкой генерала Миллера. Он польстился на большие деньги, которые ему обещали. Но с ним работали через белогвардейцев специалисты совсем другой разведки, намного более богатой и влиятельной. И его гонорары выплачивались исключительно в британских фунтах…
Начало февраля получилось у меня более чем насыщенным. Во-первых, занимался коррекцией пиар-компании Народного фронта, победа которого в МОЕЙ реальности не была безоговорочной. Тут на стороне левых сыграла сложность и запутанность избирательной системы, по подсчетам получалось, что за Народный фронт проголосовало чуть больше, чем за Национальный (объединение крайне правых), при том, что еще было определенное число голосов за центристов, которые вообще оказались не при делах. Моя же цель была в том, чтобы левые победили настолько убедительно… вот, даже не могу подобрать точный эпитет насколько. В любом случае, их политический успех должен показаться всем всесокрушающим. И тут мной был вброшен клич: «Победа в единстве!». Красивый лозунг, за которым ничего, фактически, не значилось. Но под этот лозунг удалось добиться не только поддержки со стороны анархистов, но и привлечь активистов анархо-синдикалистских профсоюзов и всех их организаций для работы с населением. При этом особое внимание товарищи, для которых анархия была мамой порядка, сосредоточили на кораблях военно-морского флота. Традиционно (практически в любой стране) именно матросы становились ударной силой анархистов самых разных мастей и направлений. Чем-то им идеи существования вне государственной системы оказались близки по духу. Может быть потому, что в каждом моряке затаился пират. У кого лучше, у кого хуже?
Первого февраля этого года на меня неожиданно вышел «дон Диего», он же Марко Локкерини, человек, возглавляющий аналитическую службу корпорации Ротшильдов. Я рассчитывал, что наша встреча состоится несколько. Сейчас она была, как бы вам сказать, немного не в струю. Но раз мистер Локкерини нашёл всё же возможность перекинуться несколькими словами, то надо ему уделить чуток внимания. Опять не высплюсь! Впрочем, во время всей испанской командировки времени на выспаться у меня не было и дня. Даже, когда очутился под арестом, так и там, суки, спать не давали. И это я при встрече господину Марко обязательно напомню! Я не злопамятный, просто память у меня слишком хорошая.
