Я, так и не убрав руку с его груди, смяла футболку напротив сердца. Мне срочно требовалась опора под ногами, а кроме Аарона ничего больше не было.
– Блекфорд, отвези меня к себе.
Глядя на экран телефона, я в сотый раз спросила себя, стоит ли отвечать.
Рози взбесится. Задаст мне такую трепку, что проще улететь обратно в Испанию.
Подняв глаза от телефона и посмотрев на отражение в зеркале – висевшем, между прочим, в ванной у Аарона, – я недовольно скривилась. Смущали меня вовсе не мешки под глазами и не лохматый пучок, который успел растрепаться где-то над Атлантикой. Больше беспокоило то, что нельзя исправить с помощью душа, крепкого сна и расчески.
Отвернувшись от зеркала, я присела на край глубокой ванны, достаточно просторной, чтобы вместить двух Ааронов разом. Впрочем, такой была вся квартира: большой, роскошной без лишней крикливости и обставленной со вкусом. Обстановка идеально подходила Блекфорду.
Я снова посмотрела на экран, перечитывая последнее сообщение.
Рози: Ты вернулась? Как прошло? Расскажешь за чашечкой кофе? Или лучше чего покрепче? Все очень плохо?
Только я набралась смелости ответить, как на экране заплясали три точки.
Рози: Могу зайти к тебе, принести кофеина. Давай через час? Или лучше раньше? Прямо сейчас?
Я представила, как подруга хлопает ресницами. Рози никогда так усердно не добивалась от меня подробностей.
Лина: Я не дома.
Рози: До сих пор в аэропорту? Тогда давай позднее. Во сколько?
Вздохнув, я набрала ответ:
Лина: Скорее всего, сегодня домой я не приеду.
На экране снова заплясали три точки. Рози печатала, печатала, печатала… Ужасно долго. Я хмуро глядела в телефон, готовясь к неизбежному.
Рози: ТАК И ЗНАЛА!
У меня вырвался сдавленный хрип. И это все?
Рози: ТАК. Выкладывай. С подробностями. Чтобы я потом сказала: говорили же тебе!
Я тихонько хмыкнула. Неужели я одна ничего не видела?
Лина: …
Рози: ПИШИ, ЧТОБЫ БЫЛО КУДА ТКНУТЬ ТЕБЯ НОСОМ. ДАВАЙ! ЖИВО!
Лина: Уймись, Эдвард Каллен.
Рози: Каталина, если не начнешь рассказывать, я здорово разозлюсь. Я ведь никогда не злюсь. Ты еще не знаешь, что собой представляет злая Рози.
Лина: Я с Аароном. У него дома.
Рози: Кто бы сомневался! Давай подробности.
Лина: Какие подробности?
Рози: Для начала краткую версию.
Лина: Мы вроде как целовались. И типа спали вместе.
Рози: ВРОДЕ КАК? ТИПА? В каком смысле?!
Лина: *смайлик, закатывающий глаза*. Просто целовались. И да, у нас был секс.
Рози: ИИИ?
И еще много всего. Я хотела так и напечатать, но пальцы застыли над экраном. Уф. Потом забегали с головокружительной скоростью.
Лина: Я теперь в полном раздрае. Мне страшно, голова кругом. А еще я очень счастливая. Он такой заботливый. С ним очень хорошо, но я боюсь проснуться в холодном поту. Ты знаешь, как это бывает. Помнишь, мне однажды приснилось, что я развратничаю с Джо Манганьелло? В здании сработала пожарная сигнализация в тот самый момент, когда он расстегивал ремень, и я потом ныла целый месяц?
Лина: Так вот, сейчас в сто раз лучше. В тысячу.
Если не в миллион. И не только потому, что Аарон хорош в постели. Это, черт возьми, не главное.
Лина: Рози, я не хочу просыпаться.
Рози: Ох, милая моя…
Я чувствовала, как она тянется меня обнять.
Лина: В любом случае завтра все расскажу.
Это не тот разговор, который стоит вести в переписке.
Рози: Уж постарайся. А то надеру тебе уши.
В дверь постучали.
– Малышка! – раздался с той стороны густой голос, от которого лихорадочно забилось сердце. – Уж не прячешься ли ты от меня?
Господи, какая я все-таки дура.
Аарон продолжал:
