Испанский сон полностью

– Это не мне решать, а государю, – строго сказал его сиятельство, – моя задача восстановить лишь самое монаршую вертикаль как историческую справедливость. Итак, ты поняла: имена нам дают не люди, не учреждения и тем более не сомнительные обряды, претенциозно названные таинствами. Единственно Дух Живой дает имена; потому переименовывать можно и должно.

– В таком случае, – заметила Марина, – не иначе как Дух Живой посетил вас, когда вы переименовывали себя в Георгия… да и меня в Марию, наверно.

– Именно так, – подтвердил князь, – и именно посетил, это точное слово; Он сейчас не во мне. Если применить ту же религиозную аналогию, то я ощущаю себя предтечей… только не таким бездарным, как Иоанн, который стал проповедовать все то же крещение и кончил плохо, даже позорно. Но Бог с ним! надеюсь, с первым из твоих аргументов мы разобрались. Теперь – о более тонкой материи, то есть о сущностях Царств. Начнем, разумеется, с Живого Духа; что это? с чем, как говорится, Его едят? Конкретное указание об этом находим у Алекса Андра в его остроумной «Калагии»… – Его высочество раскрыл книгу в дорогом переплете, одну из лежавших перед ним на столе, и вслух зачитал: – «Исканием для нас станет Движение Духа снизу вверх через Сушумну (структура Огня вертикальна) и радиально, от Сушумны, в областях Монады, и Движение собственно областей в особом роде. Так голографическое поле Монады войдет в Движение через движения всех энергий Материи и через самою Материю. В этом Движении Огненное Зерно Духа соединится с его голографическим информационным кодом и разовьется в Высокую Сущность Духа. Конечно, – пояснил он, бросив короткий взгляд на слегка озадаченную Марину, – если для этого акта Сознание очищено и тело свято. Такой Предвечный Дух Живой, и Он с нами». Ты улавливаешь?

– Почти, ваше сиятельство, – живо отозвалась Марина. – Правильно я поняла, что Сушумна – это и есть то, что возгорается Огнем?

– Абсолютно, – подтвердил князь, – притом, согласно Андру, бело-серебряным. Потому-то, замечу между строк, у Святого Георгия и бело-серебряные доспехи – а не какие-нибудь, к примеру, желто-золотые.

– А что такое Монада?

– Это оболочки, – объяснил князь, – то есть голографические области, в которых энергии обретают особый род движения… да это не так уж важно; главное, что с момента соединения Огненного Зерна с голографическим кодом Живой Дух будет присутствовать в каждой из движущихся областей – будь то акт плотской любви или система государственного управления. Теперь поняла?

– Кажется. Вы хотите сказать, что все Цари, которым надлежит быть восставленными… являют собой одну и ту же духовную сущность, но в различных, э-э… движущихся областях?

– Именно так; меня радует, что ты понятлива.

– Кто же тот Царь, которого вы хотите восставить? – задала наконец Марина давно мучивший ее вопрос.

– Пока неизвестно, – вздохнул князь. – Такого знамения еще не было, а может, и не будет; в последнем случае придется определять самим.

– Но не кажется ли вам, ваше сиятельство, – спросила уже несколько успокоенная Марина, – что для успеха дела важна не только, так сказать, идейная канва, но и чисто практические, конкретные способы достижения цели? Меж тем, как я погляжу, перед вами стоит даже не одна задача, а целых две…

– Ты посвящена! – резко перебил князь Марину, нахмурившись. – Ни один человек не может зайти сюда без тщательного досмотра; тебя же даже не испытали металлоискателем. Я – генерал Ордена, первое лицо! – лично ввожу тебя в твою миссию. Ты отдаешь себе отчет в оказанной тебе чести?

– Ваше сиятельство, – пролепетала Марина и вжалась в мягкое кресло, как бы пытаясь в нем спрятаться, – в чем же я провинилась, чем навлекла на себя ваш гнев?

Его сиятельство слегка смягчился.

– Видно, правы были те, кто советовал мне посвятить тебя по ритуалу, – проворчал он все-таки несколько еще раздосадованно и покачал головой. – Так или иначе, ты теперь часть Ордена, разве что без определенного пока ранга. Во-первых, не смей впредь дистанцироваться! ты сказала: «перед вами стоит задача», и слово «вами» в данном контексте относилось не лично ко мне, но к Ордену; надлежало сказать: «перед нами». Во-вторых, в твоем тоне я то и дело улавливаю некий протест. Ты ведешь себя как рыбная торговка; немедленно изволь это прекратить! Не торговаться ты призвана, но обсудить со мной наши задачи, – князь поднял палец и выделил слово «наши». – Теперь поняла?

– Да, ваше сиятельство. Я заслуживаю наказания.

– А так и вовсе не советую тебе говорить, – усмехнулся князь столь мрачно, что Марину пот прошиб. – Наказания в Ордене весьма суровы, и если дойдет до того, потачки тебе не будет.

Он замолчал. Молчала и Марина, кляня себя за неумелое, пошлое поведение.

– Продолжим, – сказал затем князь прежним деловым тоном. – Я перебил тебя, когда ты высказывала некое суждение о наших задачах.