– Нет, это позиция.
– Позиция?..
Слово почему-то вызвало у Филиппа озорные ассоциации, и он сам неожиданно для себя расхохотался.
– Ты что? – удивился Вальд.
– Да так. Похоже, у меня роман.
– С этой?.. С домработницей?
– Ну. Странный роман. Нестандартный.
Вальд помолчал.
– Вижу, тебе хочется рассказать. А мне – послушать.
– Наверно…
– А посмотреть чуть дальше – и тебе не хочется рассказывать, и мне не хочется слушать…
– Ты прав. Мы состарились.
– Нет. Состаримся – опять захочется. Просто – не настолько молоды. Взвешиваем все, как обернется… Аптекари. Тоскливо становится, когда подумаю, что вся оставшаяся жизнь так и будет сплошным взвешиванием.
– Ну, – усмехнулся Филипп, – сегодня утром я как-то обошелся без этого.
Сказал – и сразу же пожалел, что сказал. Прозвучало интригующе, а было враньем по сути. Украдкой, стремительно бросился в душ; всяко раздумывал про Зайку в ожидании водочки – стал бы он так себя вести семнадцати лет от роду? Небось валялся бы неподвижно, блаженно улыбаясь, глядя в никуда, до отказа наполненный небывалыми ощущениями и занятый единственно скольжением сквозь все новые проекции этих ощущений. А теперь? Взвешивание. Все то же взвешивание… Вальд прав – мы не молоды. И все-таки Дева хороша… Найти бы пару фраз, чтобы закруглить эту небольшую неловкость… да вот беда – и сказать-то нечего…
– Господа?
Рядом со столиком стояли двое – мужчина и женщина, и Филипп со Вальдом встали, как в кино про приличное общество. Мужчина был моложав, статен и гладок лицом, напоминая преуспевающего бизнесмена из известной рекламы «проезжаешь по Крымскому мосту…». Его спутница, наоборот, ничем не напоминала приятно-безликую героиню того же ролика, будучи смуглой, вызывающе крашеной брюнеткой с порочными глазами, побрякушками на облегающем фигуру темном трико и явным позывом в позе и движении. Классической блядью, короче.
– Эскуратов, – представился бизнесмен.
Представились Вальд с Филиппом.
– Очень приятно…
– А это Анжелика, – сообщил Эскуратов. – Она украсит нашу компанию предпринимателей, чтобы было повеселей. Все же суббота, а?
– Мы рады вам, Анжелика, – проникновенно сказал Филипп. – Прошу вас, присаживайтесь.
Анжелика улыбнулась в своем стиле. Четверо сели.
– Мы ждем еще кого-то? – осведомился Филипп.
– О да, – с удовольствием сказал Эскуратов, и Филипп понял, что предварительная договоренность подтверждена. – Особенно ждет Анжелика… правда, милочка?
Анжелика посмотрела на Эскуратова и бесстыдно усмехнулась.
Демонстрирует мускулатуру, подумал Филипп. Девочка для того, которого ждут. Гонорар за визит? Заложница?
У него ухудшилось настроение.
– Давайте пока закажем что-нибудь легонькое, – предложил Вальд. – Борис Эдуардович, может быть, покомандуете? Мы здесь редкие гости…
– Да и мы не так чтобы завсегдатаи…
Тем не менее подозвал официанта; не дожидаясь меню, заказал напитки, аперитивы.
За соседний стол шумно опустились двое русских бизнесменов, выложили на скатерть джентльменский набор – сигареты, зажигалки, электронную записную книжку, трубку сотового телефона, авторучку, журнал.
– Знаете, – сказал Филипп и нежно улыбнулся, – у нас в «ВИП-Системах» люди простые и работящие. Я слышал, что по-хорошему всякие деловые разговоры откладывают на кофе. Мы – как? Лично у меня, сколько этих деловых обедов не было, никогда не получалось дождаться кофе за разговорами о еде и о прочем.
– А знаете почему? – спросил Эскуратов.
– Конечно, – сказал Филипп, не дожидаясь, пока тот объяснит. – Просто скучно есть вкусные вещи и при этом не поговорить о делах. Удовольствие неполное. Вы же трудоголик, вы меня понимаете.
– Да, это так, – подтвердил Эскуратов, – я вас понимаю, но причина на самом деле другая.
– ?
– Правило, что вы упомянули, придумали старики. Для них вкусные вещи – жизненная ценность сама по себе. Сложно им за едой думать еще о чем-то.
Филипп ощутил нечто вроде симпатии к Эскуратову.
– А давайте спросим у Анжелики, – предложил он. – Анжелика, вам же частенько приходится бывать на так называемых деловых обедах? Я угадал?
Анжелика опять так же усмехнулась.
– Случается…
Голос у нее оказался низкий, но какой-то менее порочный, чем ожидалось. Не в полном соответствии с внешностью.
– Ну и как обычно бывает? Говорят мужчины о своих делах за едой или дожидаются кофе?
Движение мысли отразилось на лице Анжелики.
– Смотря о каких делах…
– О тех, ради которых устроен деловой обед. Если нет дел – значит, обед не деловой, верно?
– Это да, – согласилась Анжелика.
– Ну так как же? Ждут кофе со своими делами – или нет?
Анжелика задумалась. Трое мужчин с некоторым напряжением ожидали ее ответа, как вердикта о процедуре встречи.
– Если хотят поговорить, говорят за едой.
– Отличный ответ, – похвалил Эскуратов, и в это время подошел официант.
