– Дон Пабло! Дон Пабло! – из глубины квартиры на помощь ему неслась служанка Рамона. – Что с вами? Вызывать доктора, дон Па… – женщина осеклась, услышав сильный запах алкоголя. – Сейчас я вам помогу! – она взяла его под руки и потащила в спальню.
Мальцев проснулся от того, что его голова готова была треснуть от невыносимой боли. Он с трудом поднялся с кровати, накинул халат.
– Рамона! Рамона! – слабым голосом, морщась от простреливающей лоб боли, закричал он.
На пороге появилась домработница.
– Ой дон Пабло, дон Пабло! Что же вы с собой сделали?! Я вчера так испугалась! Так испугалась! Вас тошнило и рвало… Бедный вы человек! Нельзя вам так пить, дон Пабло! – укоризненно запричитала домработница.
– Ой! Ой… – застонал Александр, – ты права, моя спасительница! Принеси мне пару таблеток аспирина, пожалуйста!
Мальцев дрожащими руками взял таблетки и стакан с водой. Выпил, вздохнул…
– Который сейчас час, Рамона?
– Ровно 10 часов, дон. – Ответила домработница.
«Ничего себе! В первый раз в жизни я так напился! Какой ужас! Просто кошмар! Позорище! – Мальцев себя ненавидел. – И как это некоторым людям нравиться упиваться спиртным? А потом страдать? Абсурд! «Киломбо»!»
Он позвонил во все мастерские и предупредил, что заболел простудой и дня два будет лежать в постели.
– Рамона, свари мне кофе. Крепкого… Да, неси бутылку коньяка, лимон… – попросил Александр.
– Дон Пабло, вы опять будете пить? Вы же можете умереть! – ужаснулась Рамона.
– Всё может быть! – Мальцев с отвращением смотрел на бутылку коньяка. – Я слышал много раз о том, что нужно снимать болезненные последствия похмелья маленькой рюмочкой спиртного. Но это же невыносимо!
Он налил половинку рюмки. Вздрогнул, почувствовав запах коньяка. Решительно поднял рюмку и выпил её содержимое.
Рамона вскрикнула и перекрестилась.
Минут через десять пришло облегчение! Голова перестала болеть и пропала противная тошнота. Мальцев почувствовал невероятный голод.
– Рамона, кофе потом! Сделай мне усиленный завтрак! – попросил он.
– Дон Пабло, вам приготовить завтрак по-американски? – уточнила она.
– Давай американский завтрак! – согласился Александр.
Рамона помчалась на кухню.
Когда она, по рекомендации одного из доверенных клиентов Мальцева, стала работать и жить в его квартире, Рамона показалась ему очень старой. Была она сухощавой, типичной креолкой. В её венах текла кровь испанских завоевателей и коренных жителей Северной Аргентины. Сколько же лет Рамоне? Ведь на её голове не было ни одного чёрного волоска! Все седые! Густые короткие волосы казались платиновыми. Хорошая фигура… – я никогда не задавал ей этого нетактичного вопроса. – Нет, надо спросить!
– Дон Пабло, вот ваш американский завтрак! – Рамона поставила на стол тарелку с яичницей и жаренным беконом, а также хлеб и свежевыжатый апельсиновый сок. – Приятного аппетита! – она собралась выйти из столовой.
– Рамона, постой! Хочу задать тебе один вопрос: сколько тебе лет? – решился Мальцев.
– Тридцать пять! – застенчиво ответила она и сильно покраснела.
– Спасибо, Рамона! Прости!
Мальцев был шокирован. Она старше его всего на три года! Почти ровесница! А кажется старухой.
По стёклах окон появились капли. Пошёл дождь.
«Хоть раз в жизни поставлю себе прогул!» – решил Александр и взяв с полки тоненькую серую книжицу. Это была «Конституция Аргентины» принятая в марте этого года. Её уже назвали пероновской. Мальцев начинал как-то её читать, но затем откладывал по каким-то причинам.
Она залез под одеяло и раскрыл книжицу. Читал и удивлялся.
«Перон на словах ярый антикоммунист! Ненавидит Советский Союз. Но став президентом, первым же делом установил дипломатические отношения с нами. Затем объявил в Аргентине первый пятилетний план! У кого украл идею? Конечно же у нас! А его Конституция? Многие идеи, декларируемые в ней, позаимствованы у Конституции СССР 1936 года. Ох и сукин сын этот Перон!»
Через месяц к Мальцеву приехал Эдуардо.
Александр был искренне рад. Заказал обед из ресторана, и он поели.
– Что ты решил, Эду? Остаёшься в Кордобе в группе Танка?
– Да, остаюсь! Я давно принял это решение. После последней нашей встречи я вернулся в Кордобу и работаю, как и раньше, простым техником.
– Замечательно, Эдуардо! – обрадовался Мальцев, – тогда мы с тобой будем продолжать наши отношения?
– Да! Конечно! Пабло, я привёз вам копию одного письма, совершенно случайно попавшего ко мне минут на сорок. Это о Рихтере.
– Очень хорошо! Прекрасно! – с энтузиазмом произнёс Александр, – а где сейчас сам Рихтер? Что-нибудь знаешь о нём?
– После разговора с Пероном, Рихтер переехал на остров Уэмуль, что находится на озере Науэль Уапи, напротив города Барилоче в провинции Рио Негро. Это место отвечает всем условия для его работы: неограниченное количество свежей воды, усиленная охрана круглосуточная и доступ только тех людей, кому лично разрешит Рихтер. Да вот вы, Пабло, сами посмотрите» – Эдуардо протянул ему небольшой лист бумаги.
«Сеньору профессору доктору Рональду Рихтеру. Город Барилоче.
