Ставлю бутылку на стойку рядом с бокалами и иду к двери. Открываю, и Филиппо в тёмно-синем костюме и красном галстуке отстраняет меня в сторону, даже не дав мне времени сказать «привет».
— Где он, где он? Я слышал голос! — Как только он подходит к Патрику, они крепко обнимаются, охваченные эмоциями. — Твою мать, брат, два года не видеться — это нехорошо, слишком долго!
Патрик смеётся, а когда они расходятся, я замечаю блеск в его глазах.
— Дай мне передохнуть. Следующие три недели мы будем вместе. Могу поспорить, ты не сможешь дождаться момента, когда вернёшься в Парму. Будешь сыт мной и Лукой, поверь мне!
Я тоже смеюсь, представляя их вчетвером на Кубе. Не осмеливаюсь утверждать, чем они будут заниматься, но у Сары и Филиппо не возникло никаких сомнений при выборе места, где провести медовый месяц, даже несмотря на не самую благоприятную погоду в этот период.
— Можно мне тоже войти? — Оборачиваюсь на звук мягкого хорошо знакомого голоса, и встречаюсь с голубыми глазами, которые я знаю ещё лучше.
И сволочная улыбка.
— Привет, Мануэль. — Я отодвигаюсь, чтобы впустить его. — Боже упаси, если я оставлю без внимания шафера.
Он проходит мимо меня, поправляя жемчужно-серый галстук, и засовывает руки в карманы тёмного костюма. Я вдыхаю во всю силу своих лёгких, его разрушительный аромат ошеломляет меня.
Поджимаю губы, закрывая дверь и наблюдая, как Мануэль входит в комнату. Его плавные движения сбивали меня с ног с первой минуты знакомства.
Я смотрю, как он приветствует Патрика и его парня, поздравляет Сару.
Он чертовски красив.
Такой статный и элегантный, что можно почти подумать — это он жених, но я знаю, такого никогда не случится. Потому что это Мануэль. Прими его или оставь. И будь я проклята, если не пыталась бесчисленное количество раз в прошлом. Я взяла то, что могла получить, и оставила то, что понимала, — не получу никогда.
Но когда он каждый чёртов раз возвращался ко мне и собирал все осколки моей души, я не могла не пробовать снова. Я вновь начинала принимать всё, чем он был: других женщин, других мужчин. Его прошлое, заработанные сексом деньги, его самые экстремальные практики.
Я пыталась жить с этим, старалась изо всех сил.
Пока я не сказала «хватит».
— Виола? — Голос Сары возвращает меня к реальности, отрывая от тех чувств, которые теперь от меня далеки и забыты. Или почти.
— Да. — Я приближаюсь к ней и остальным, прочищая горло.
— Поднимем тост? — с улыбкой спрашивает моя подруга, когда будущий муж притягивает её к себе, по-хозяйски обнимает за талию и целует в висок.
Я любуюсь ими, влюблёнными, как никогда прежде и великолепными в этот день, который станет для них незабываемым.
— Только и ждала этого. — Я киваю и начинаю готовить бокалы.
Патрик откупоривает бутылку шампанского, наполняет бокалы, и мы чокаемся с бокалом Лизы, наполненным фантой.
Мы дарим себе несколько минут спокойствия перед предстоящим длинным днём, смеёмся и шутим, пока не подходит время церемонии.
Я ставлю бокалы в посудомоечную машину и принимаю на себя ответственность за закрытие квартиры. Сара берёт букет белых пионов, который доставили сегодня утром, и направляется к двери со своим Филиппо. Он держит её за руку; все остальные следуют за ними.
Последней выхожу я и закрываю за собой дверь. Под взглядами любопытных прохожих мы идём по улице Республика к ратуше на площади Гарибальди. Филиппо держит Сару и маленькую Лизу за руки, они вместе идут по длинному узкому тротуару; позади них следуют Патрик и Лука, тоже держась за руки. Так чудесно видеть их вместе, счастливыми и не скрывающими свою любовь.
А потом я. Одна.
Но вдруг, как и ожидала, я почувствовала на спине прикосновение широкой ладони.
— Ну? Волнуешься?
Оборачиваюсь, и мои взгляд встречается с его голубыми глазами. Мануэль.
Его рука чувственно скользит по моему телу, и, несмотря на ткань платья, я отчётливо чувствую: это огонь, обжигающий, сжигающий мою кожу. Мануэль гладит ниже, спускаясь по моим бёдрам и властно, с силой притягивает меня к своему статному телу.
И моё тело откликается на него, как и каждый раз.
— Да, очень. Я прочищаю горло, пытаясь восстановить самоконтроль. — А ты?
— Сильно. — Он томно улыбается мне, затем смотрит вперёд. — Но это же очевидно, в конце концов. Мы взволнованы, как свидетели на свадьбе, это нормально.
Я оглядываю людей, толпящихся на каменных тротуарах в этот поздний час субботнего утра. Некоторые желают жениху и невесте всего хорошего. Некоторые аплодируют.
Я улыбаюсь, замечая, как Сара и Филиппо благодарят их и естественно отвечают на приветствия. Оба светятся от счастья. И когда вопрос, который уже некоторое время стучит в моей голове, обретает форму на моих губах, я, не задумываясь, озвучиваю его:
— Почему Филиппо не женился на Кристине? — спрашиваю я Мануэля, надеясь, что он сможет развеять мои сомнения. — Я имею в виду… когда Филиппо узнал, что Кристина беременна, почему он не женился на ней?
— Почему спрашиваешь об этом меня? — спрашивает, хмурясь.
