Жизнь — отстой. И как только Сидни поднимается на ноги, что-то постоянно сбивает ее обратно на землю. В этом никогда нет ничего хорошего, но сейчас все по-другому. Сейчас «хорошо» это совсем подходящее слово. Питэр — воплощение совершенства. Кажется, будто он свалился со своего ангельского местечка в чистилище, потому что (давайте смотреть правде в глаза) любой настолько горячий парень должен быть испорченным. Он, вероятно, был послан сюда, чтобы разрушить ее жизнь. Питэр необыкновенно красив со своими сексуальными голубыми глазами, темными волосами и подтянутым телом. Добавьте еще очаровательное остроумие, и Питэр будет олицетворять все то, что Сидни когда-либо желала увидеть в мужчине. Но когда страсти накаляются, Питэр указывает ей на дверь. Сидни со стыдом уходит. Это конец самого ужасного в мире свидания в слепую. Казалось, ее жизнь просто не могла стать еще отстойнее, но это произошло. На следующее утро все рушится. Безумно горячий парень из прошлой ночи, тот, который видел ее наполовину обнаженной, ведет урок перед всем классом.
Нервозность распространяется по моим венам, наполняя тело этой судорожной идеей, подвигнувшей бежать. Прилагая все усилия, чтобы не волноваться, я иду одна в ресторан. Милли, моя лучшая подруга, поведала мне сегодня утром слезную историю, пока мы выходили из нашей комнаты в общежитии. Судя по всему, она встретила очередного горячего парня, который хочет устроить двойное свидание. Моим первоначальным ответом было: «Черт, нет».
В последний раз, когда она пыталась меня так свести, я, в конечном итоге, пошла на свидание с раздражительным Клепто. Скажем так, все пошло не так как хотелось бы. Он взял на себя все, кроме счета. Время мы провели ужасно. Я пропустила некоторые его фразы, и мое свидание закончилось перцовым баллончиком.
Хорошо, возможно, это была моя вина. Может быть, я была слишком нервной и недоверчивой. Дело в том, что как только происходит что-то плохое, то нет никакого способа это отменить, нет кнопки удаления жизни. Я не могу просто нажать «удалить» и начать все сначала. Независимо от того сколько парней у меня было до сегодняшнего вечера, мой мозг застрял на той ночи. Большую часть дней мое прошлое преследует меня, как тысячефунтовый медведь, нависающий достаточно, чтобы отбрасывать тень на все, чего я касаюсь. Но, когда все становится нормально, он отбрасывает меня к той ужасной ночи и все, что я могу сделать, это не закричать.
Знакомства провоцируют воспоминания о прошлом. Словно слышать скрежет когтей медведя на тротуаре позади себя. Мои ладони влажные от пота. Я хочу пройти через это. Мне нужно. Это длилось слишком долго. Моя жизнь принадлежит мне. Чувствую, как будто на моей шее розовый шнурок. Вот почему я пришла сегодня. Вот почему я стараюсь. Если я не буду двигаться вперед, то соскользну назад, а мне надоело переживать из-за своего прошлого. Я устала от груза размером с медведя.
Я хочу жить своей жизнью, хочу преодолеть страх, который душит меня, когда я разговариваю с парнями.
Преисполненная решимостью быть другой, я стою перед рестораном и пробую перебороть нервы и выдавить фальшивую улыбку. Настоящая улыбка где-то глубоко внутри. Она расползается по моему лицу. По ощущениям как пластик, жесткий от злоупотребления. Я не хочу быть подделкой. Ненавижу это. Мой пульс бьется быстрее. Я хватаюсь за ручку и смотрю, наконец, на двери: они сделаны из кованого железа и меди. Холодный металл в моей руке. Я дергаю массивную дверь и погружаюсь в виртуальный мир.
Хозяйка стоит за стойкой, за ней блондинка. Она улыбается мне. Несколько людей сидят на скамейках, но сейчас это не важно.
Делаю шаг вперед и говорю:
— Я встречаюсь тут кое с кем. Я могу посмотреть, здесь ли они?
Она кивает, и я прохожу мимо нее. Освещение неяркое. Стены в насыщенных теплых тонах. Темные шторы на внушительных дверных проемах и массивный камин в центре комнаты. Из него выходят каменные трубы, которые тянутся высоко до потолка.
Я никогда не была здесь. Милли сказала, что придет позже меня, но друг Брента, Дастин-моя-пара, придет первым. Я ищу одинокого парня моего возраста за первыми четырьмя столами. Медленно хожу по комнате, но никто не отвечает этим требованиям. Я стою на месте, не зная, стоит ли мне уйти, когда чувствую, как волоски на затылке встают дыбом. Кто-то смотрит на меня. Я чувствую взгляд, прожигающий мне спину. Медленно оборачиваюсь и оглядываю комнату. Глаза, синие как драгоценные камни, смотрят на меня. В животе все трепещет. Я медленно иду к его столу, едва дыша.
Его глаза скользят по моему телу, он упивается мной. Это так сексуально, что отдается в моем желудке. Бабочки внутри меня, и они заменяют летучих мышей. Чем ближе я подхожу, тем нервознее себя ощущаю. Возможно ли, что Милли свела меня с кем-то таким горячим? Я не могу в это поверить. Улыбка трогает мои губы. Она не поддельная. Наши глаза встречаются, и я не могу отвезти взгляд. Мои каблуки стучат в такт сердцебиению, и я уже стою перед его столом.
— Привет, — успеваю сказать, по-прежнему глядя ему в глаза. Они такие яркие, как если бы кто-то нарисовал их. Он совершенен. Если его голос соответствует внешности, я растаю в лужу прямо на полу. Дастин — наблюдатель…
Уголок его рта поднимается.
— И тебе привет, — о, его голос горячее, чем я думала. То, как он смотрит на меня, заставляет меня задыхаться. Я кладу руки на стул и отодвигаю его. Глаза парня все еще прикованы ко мне, когда я сажусь напротив него.
Я не знаю, что сказать, поэтому улыбаюсь в ответ и прибегаю к клише.
— Ты здесь часто бываешь?
— Ты знаешь это, — говорит он, все еще глядя на меня. Как если бы он не мог поверить, что я сижу перед ним. Его пристальный взгляд заставляет мой желудок сделать сальто. Этот парень за пределами красоты. Темные завитки каштановых волос на лице, сползающие на глаза. Безумное желание наклониться и пропустить эти гладкие и шелковистые волосы через свои пальцы. Я отгоняю это желание. Парень, сидящий передо мной, не является одним из тех техасцев, любящих разговоры. Этот парень едва ли говорит, и я в восторге.
