– Идём, Дом. – Неро обхватил меня за плечо, подталкивая к дому. – Твоя tata три дня не выходила из кухни, готовя твои любимые каннеллони. И не вздумай отказываться, а то она нас всех накормит аранчини, пока не лопнем!
– Хорошо-хорошо. – пробормотал я, позволяя Лукреции обнять себя за талию и увлечь в сторону массивных, дубовых дверей. – Только не надо угрожать, пощади старика!
– Какой ты старик, Доменико! – возмутилась Коппола, но в её голосе слышалась тёплая улыбка. – Ты у меня ещё о-го-го! Вот женишься, заведёшь внуков, тогда и поговорим, кто старик…
Я почувствовал, как Неро напрягся рядом, а Марсела и Алессио громко рассмеялись позади нас. А вот я не видел в словах Лукреции ничего уморительного. Женитьба вызывала у меня неприятную дрожь, а от мысли о детях становилось не по себе. Узы брака, семейные хлопоты – всё это было для меня чуждым, непонятным миром, который я предпочитал наблюдать со стороны, оставаясь в тени.
Когда-то я действительно планировал обзавестись семьёй – домом, женой, детьми. Но судьба распорядилась иначе. И теперь это было категорически невозможно. Любые проявления слабости или сентиментальности неуместны и опасны. Особенно когда на моих плечах лежит ответственность за жизни сотен людей и судьбу целого клана.
И всё же, сейчас, когда я, наконец, вернулся домой, в свою крепость, я почувствовал, как холодная броня моего равнодушия, в очередной раз за последние несколько дней с появлением Анастасии, дала трещину. На одно крохотное мгновение в моей голове промелькнула мысль: а что было бы, если бы здесь всё-таки была Настя, как я изначально планировал? Как бы она отреагировала на Лукрецию, на моего брата и Марселу, на Неро, на этот дом?
Мне хотелось бы возразить и напомнить, что это именно она предала меня, но я знал, что в каждом этом слове была правда. Как бы Софа ни поступила со мной тогда, я должен был сделать хоть что-то, чтобы помочь ей выбраться из этого ада. А не просто сидеть сложа руки и смотреть, как над ней издеваются, как ломают её, как превращают в безвольную куклу.
Я открыла глаза и моментально почувствовала тяжесть на сердце. Очнувшись в роскошном пентхаусе Доменико, я снова ощутила себя пленницей в этих мрачных, но уютных стенах. Богатый интерьер, отделанный в тёмных тонах, казался одновременно надёжным убежищем и душной тюрьмой. Я осталась одна, лишь зловещий шёпот ночи напоминал, что я всё ещё жива, хотя порой мне хотелось, чтобы это было не так.
Диего, ответственный за мою безопасность, сообщил, что его босс улетел на Сицилию, но из-за неотложных дел не смог дождаться моего выздоровления. Однако перед своим отъездом Доменико позаботился о том, чтобы врач осмотрел рану и оказал мне лучшее лечение. Пожилой мужчина вколол мне сильное обезболивающее, но эта лекарственная субстанция не могла заглушить боль, которая разрывала мою душу.
Доменико купил меня, как товар, но в его глазах, когда он смотрел на меня, я видела нечто большее, чем просто собственность. Там таился огонь, который то вспыхивал ярко, то гас, оставляя меня в состоянии тревожного ожидания. И сейчас, когда его не было рядом, эта неопределённость ощущалась ещё острее. Я чувствовала себя в бездонной пропасти, а он был едва заметной ниточкой надежды, что могла удержать меня от падения в бездну. Но он бросил меня. Как и все остальные.
Я снова и снова задавала себе вопрос: неужели я действительно настолько ничтожна? Что такого я сделала, чтобы заслужить эту участь? Ответа не было, только давящая, безмолвная тишина, которая впечатывала меня в пустоту, ещё больше усугубляя моё отчаяние.
Но что я могла ожидать после того, как сбежала от людей Доменико? Возможно, мне следовало предупредить его солдат, но страх сковал меня, затмив разум. Я не могла думать и действовать рационально. Всё, что меня волновало – это бежать, спрятаться от него, от этого воплощения ада в человеческом обличии, от одного из самых опасных убийц Братвы.
Я понятия не имею, по какой причине Пётр искал меня, и вряд ли это из-за того, что моя «семья» беспокоилась о моей судьбе. Но когда наши взгляды встретились, я увидела в его глазах холодную бездонную пропасть, и поняла, что он пришёл с одной целью – убить меня… свою сводную сестру. Какая чёртова ирония!
