Комната качнулась перед глазами, ноги подкосились, и я инстинктивно прижалась к Доменико, ища защиты в его сильных объятиях. Он мгновенно отреагировал, и обняв меня, крепко прижал к своей груди. Его тепло обволакивало меня, даря ощущение покоя, которого я была лишена так долго.
– Тише, mia cara. Я рядом, тебе ничего не угрожает.
Его голос, хриплый от сдерживаемой ярости, действовал на меня как успокаивающее. Я уткнулась лицом в его грудь, вдыхая аромат его парфюма и чувствуя, как бешено колотится моё сердце о его рёбра.
– Я думаю, он собирался убить меня… – прошептала я, с трудом выталкивая слова. – Потому что я провалила сделку… И… чтобы не рассказала тебе ничего…
– А что с твоей дочерью? – тихо спросил он, и я ощутила, как его губы коснулись моих волос. – Ей сделали операцию?
– К счастью, да, он сдержал своё слово. – прошептала я, ещё теснее прижимаясь к нему. – После трансплантации… когда дочь пришла в себя, и я лично поговорила с доктором… он сказал, что Рая выздоровеет. Я ушла из больницы и направилась в аэропорт, где меня уже ждал человек… Он доставил меня в Мексику и передал мужчинам…
Голос предал меня, и я замолчала, не в силах больше говорить, но Доменико и так всё понял. Подняв голову, я встретилась с его взглядом. В его глазах читалась холодная ярость, обещание беспощадной мести.
Доменико плавно провёл большим пальцем по моей щеке, стирая невольно скатившуюся слезу.
– Мне жаль, что тебе пришлось пережить весь этот ад. – прошептал он, и его голос, хриплый, низкий, прозвучал удивительно нежно. – Но всё кончено. Слышишь? Тебе больше нечего бояться.
Он наклонился, и его губы накрыли мои в долгом, нежном поцелуе. В этот момент я забыла обо всём. О страхе, о боли, о предательстве. Был только он, его руки, губы, запах…
Доменико отстранился и поправил прядь волос, упавшую на моё лицо, его прикосновение было лёгким. Я ощущала, как его забота окутывает меня. Он не хотел отпускать меня, и это было приятно.
– Не думай, что я не заметил, что ты не упомянула его имя. Но я не буду давить на тебя. Я сам всё узнаю. – произнёс он, его голос был тихим, но полным решимости. – Настя, я клянусь, ты вернёшь Раю, а этот сукин сын ответит за каждую твою слезинку.
На следующее утро я проснулся от невыносимой жары. Для Италии в этом не было ничего необычного, но тепло исходило не из-за окна, а от тела, прижатого к моему. Настя.
Я осторожно приоткрыл глаза, любуясь её спокойным лицом, обрамленным растрёпанными прядями волос. Она спала, её грудь мягко вздымалась и опускалась. Вчера я сам не заметил, как уснул рядом с ней. Хотя мы поговорили и разобрались во всём, она была расстроена, и я просто не смог уйти. Я лёг рядом, и усталость, накопившаяся за долгие часы без сна, взяла верх.
Сейчас, к моему удивлению, я чувствовал себя бодрее, чем когда-либо. Быстро взглянув на время на телефоне, я осторожно выбрался из постели, стараясь не разбудить девушку. Она слегка пошевелилась и тихо пробормотала что-то невнятное. Я накрыл её лёгкой простынёй и улыбнулся.
Приведя себя в порядок в собственной спальне, я надел спортивную форму и вышел на улицу. Свежий утренний воздух приятно холодил кожу, заставляя забыть о душной атмосфере дома. Я всегда любил бегать по утрам – это не только помогало поддерживать форму вместе с занятиями в спортзале, но и очищало голову от лишних мыслей. В Нью-Йорке мне этого не хватало. Там, куда бы я ни пошёл, меня всегда сопровождали солдаты. Здесь же, на своей территории, я мог наслаждаться одиночеством.
Бегая по извилистым дорожкам вокруг поместья, я размышлял о прошедших событиях. Очертания деревьев мелькали перед глазами, а звук моих шагов сливался с пением птиц. Мысли о Насте не покидали меня. Её слова, её взгляды, её прикосновения – всё это засело глубоко внутри.
После длительной пробежки я вернулся в дом и направился прямо на кухню, где уже сидел Неро, потягивая кофе, который, я уверен, был не первым за сегодняшний день.
– Какой демон в тебя вселился? – фыркнул он раздражённо, глядя на меня поверх кружки. – Какой нормальный человек может хотеть подвергать себя таким пыткам – проснуться ни свет ни заря и пойти бегать?
Да, мой друг не ранняя пташка. Была бы его воля, он спал бы до обеда.
– И тебе доброе утро, солнышко! – усмехнулся я, подойдя к холодильнику, чтобы взять бутылку с прохладной водой.
– О, у кого-то вчера был секс? – Неро прищурился, окинув мою потную спину изучающим взглядом, будто искал доказательства.
Я пожал плечами, делая глоток.
– Не то, чтобы тебя это касалось. И с чего такие предположения?
Он откинулся на спинку барного стула ухмыляясь.
– У тебя слишком хорошее настроение. Это на тебя не похоже. Плюс, ты вызвал нас так рано, а я сомневаюсь, что это ради радостных новостей. – заметил он, и вот так моё прекрасное расположение духа исчезло в мгновенье ока. В свете всех последних событий я практически забыл о разговоре, который откладывал долгие годы.
– Где Алессио? – спросил я, вместо того чтобы комментировать его «умозаключения».
