– Ну, ты вообще деревня, – сквозь смех сказал он. – Джапан – это Япония по-английски. А «Сейко» – хорошая фирма. Ладно, пошли, а то опоздаем, Сейко, – передразнил меня он.
Поднимаясь по лестнице на второй этаж, где был наш класс, мы буквально протискивались сквозь толпу рвущихся к знаниям учеников. К моему удивлению, Костик со многими здоровался, его окликали и приветствовали.
– Ты же говорил, что новенький, а тебя полшколы знает, – удивился я.
– Да учился я в этой школе до седьмого класса, потом ушел, – состроив недовольную физиономию, ответил он.
– Как ушел? Куда ушел? – не унимался я.
– Куда-куда. На кудыкину гору, – еще больше раздражаясь, ответил он. Разговор о школе ему явно не нравился. – В спортшколе я два года учился.
В хоккей играю, – с нескрываемою напыщенностью ответил он.
– Да ладно, – изумился я.
– Прохладно, – огрызнулся он.
– А чего ушел?
– Да с Тихоновым поцапался на тренировке, вот и выгнали, – не моргнув глазом, соврал он. Я хоть и был из провинции, но кто такой Виктор Васильевич Тихонов знал очень хорошо. Да что я! Вся страна знала, от детей до стариков. Легендарный советский тренер, только в феврале приведший нашу сборную к титулу олимпийских чемпионов в Сараево.
– А-а-а, ты играл в одной пятерке с Фетисовым, Касатоновым, Макаровым, Ларионовым и Крутовым, – отыгрываясь за «Сейко», подкалывал его я. – Но что-то не узнаю я вас в гриме. Или вы в маске были, на воротах стояли? Да там Третьяк вроде. Да и молоды вы больно, – не унимался я.
– Хочешь верь, хочешь нет, – продолжал сочинять Костик, дабы не потерять лицо. – В юношеской команде ЦСКА я играю. Он к нам на тренировку приезжал, отбирать перспективных игроков в школу олимпийского резерва. Ну, я и огрызнулся. – Костик врал безбожно. В свое время Джон Леннон из «Битлз», будучи на пике популярности, сказал: «Мы сейчас в мире популярнее Иисуса Христа». Не знаю, как Леннон, но то, что в СССР в то время наши хоккеисты были популярнее Иисуса Христа и «Битлз» вместе взятых, – это точно. Их знали по именам и в лицо. Боги! И тут какая-то сопля огрызнулась самому Тихонову?
Мне стало смешно. Но, как выяснилось позже, врал Костик не во всем. Он действительно играл в хоккей за ЦСКА и действительно учился в спортшколе. А выгнали его за занятия фарцой. Хоккей был на подъеме, и в составе команды Костик не раз выезжал на границу, и не только в страны соцлагеря – ГДР, Чехословакию, Югославию, – но даже и в Канаду. Покупал там джинсы, журналы Playboy и здесь ими торговал. Спортсмены тогда зарабатывали немного, поэтому такой подработкой грешили почти все. Костика поймал тренер, и он с позором был выгнан.
Прозвенел звонок. Мы вошли в класс и, не сговариваясь, проследовали на последнюю парту, хотя свободных мест было много.
