Я влюбилась в него когда мне было шесть. Очень хорошо помню этот день: мои заплаканные глаза, содранные коленки и Он в дверях, в обнимку с огромным плюшевым зайцем. Уже тогда я знала, что даже если небо упадет на землю, а луна сойдет со своей орбиты — мое сердце навечно будет принадлежать только Ему. Но Он смотрит на меня только как на маленькую дочку его погибшего друга. Он всегда окружен элегантными ровесницами, Он смотрит на них как на женщин, а на меня — как на Долг. И однажды, как в перевернутой любовной истории, мне придется быть гостьей на его свадьбе. Но все это будет только началом нашей истории. Это — моя исповедь. Исповедь Мотылька. В тексте есть: разница в возрасте, сложные отношения, настоящий мужчина Ограничение: 18+
— Даже ты не настолько двинутая, — смеется Ира, когда я задерживаю взгляд на зоне ВИП-ложи на втором этаже клуба-ресторана «Затмение». — Слушай, он же… старый?
Для Иры все, кто старше нее на пять лет, старые. Она в нашем «девичнике» как раз предпочитает, как сама любит говорить, «молодое мясо». Ее предыдущему любовнику, Марату, с которым она в который раз рассталась, было двадцать, хоть самой Ире — почти двадцать четыре. У них всегда все бурно — и неважно, ужинают ли они в одной компании, покупают Ирке новое платье или устраивают разнос на людях второго этажа дорогого торгового центра. Судя по тому, что Ира приговаривает уже третий по счету коктейль с водкой, сегодня будет очередное бурное примирение. Непросто же так она не выпускает из рук телефон: морально вызревает позвонить своей «бывшей» и напроситься на встречу для «окончательного разрыва». В конце концов, они жили вместе семь месяцев и успели стать родителями Гришки — супер-породистого бладхаунда, опеку над которым никак не могут разделить.
В ВИП-зоне «Затмения», за прозрачной стеной, словно боги на Олимпе, сегодня заседают олигархи. Здесь работает наша верная «птичка» — Мариша, первоклассный бармен и человек, который непостижимым образом знает обо всей закулисной жизни «Затмения». Иногда мне кажется, знает даже больше администрации.
Именно она время от времени снабжает нас «стратегической» информацией о проводимых в клубе особенных вечеринках и встречах, на которых, если постараться, вполне можно отхватить себе годного, как говорит Ира, мужика. Собственно, для Иры вся эта информация и собирается, так как я, сплошная неблагодарность, ворочу нос и говорю, что с поиском себе пары справлюсь сама. И уж точно буду искать в другом месте.
Но сегодня случай из ряда вон выходящий.
Если бы не Мариша — меня бы здесь не было, потому что больше, чем глупые советы от «психологов» «Космо» я не люблю вот такие места, напичканные расфуфыренными женщинами, метросексуалами и циниками.
Но там, за стеклом, сидит человек, ради которого я здесь.
А вот он абсолютно точно ничего не помнит обо мне.
— Ты никогда не рассказывала, на кой тебе сдался Игнатов. — Ира пинает меня плечом. — Слушай, ты же у нас вроде из породы скромниц, а не золотоискательниц. Или в твоей голове что-то изменилась, а я это упустила? Безобразие!
Я бросаю на нее рассерженный взгляд. Ирка — чудесный человек и всегда горой за любой кипишь, но иногда ее уносит куда-то не туда. Всему виной огромное количество любовных романов, которые она заглатывает литрами электронных чернил. Для нее мой интерес к возрастному олигарху-одиночке — что-то из разряда «она решила заполучить его во что бы то ни стало». Заполучить с весьма конкретными намерениями поправить свое материальное положение. Хоть после окончания университета я неплохо устроилась консультантом в ювелирный салон, вряд ли мою жизнь можно назвать «яркой и обеспеченной». Но не до такой же степени, чтобы становиться содержанкой олигарха.
Ира просто не поймет, даже если я попытаюсь ей все рассказать — она точно не сможет принять факт, что девчонка в двадцать два года может просто искренне восхищаться мужчиной, который когда-то был близким другом ее отца, катал ее, маленькую, на плечах и читал сказки, пока она, объевшись мандарин, валялась в постели с аллергией и температурой.
Я и сама не особенно четко могу объяснить себе, зачем приперлась сегодня в «Затмение».
Олег Игнатов всегда был для меня… идолом.
И я, десятилетняя девчонка, ужасно ревновала его даже к его собственной жене.
Теперь он вдовец, уже семь лет, и все это время никто и никогда не видел его в компании женщины. Только изредка, на ответственных мероприятиях, Олег может появиться с Ириной Крымовой, младшей сестрой своей покойной жены.
— Я просто хочу с ним увидеться, — говорю Ире ту правду, которую пытаюсь вдолбить и в свою голову. — Он был другом нашей семьи. Может быть, в память о тех временах…
— Эх, кто бы моему папашке таких друзей отсыпал, — в бокал с коктейлем ворчит Ира. — А то только товарищ Коньяк, боевая подруга Горькая и приятель Винишкин.
У них с отцом очень тяжелые отношения, потому что Сергей Васильевич — чудесный милый мужчина… в те редкие моменты, когда трезв. А когда пьян, с ним происходит та же история, что и с доктором Беннером, внутри которого живет неуправляемое зеленое чудовище.
— Ну, хорошо, допустим, вы столкнетесь где-то здесь и даже сейчас. — Ее прерывает официант с подносом, на котором новая порция коктейлей. Ира явно настроена помириться с любимым именно сегодня, потому что теперь на нашем столе в общей сложности шесть разных бокалов с разными коктейлями, ни один из которых не выпит даже наполовину. А сколько пустых у нас уже забрали — я сбилась со счета.
И ведь она даже не закусывает. Как бы вместо романтического места для примирения не пришлось ее везти отсыпаться.
