Принцип свободы совести закреплён в нашей Конституции. Как он реализуется на деле — мы все отлично знаем. И эта статья в Конституции будет оставаться фикцией до тех пор, пока не будут реализованы экономические и политические реформы в стране. Пока главной ценностью общества не станет человек. Пока же у нас все наоборот, главная ценность нашей партийно-бюрократической системы государство. Ему мы и служим… Надеюсь, что делаю и буду делать все для того, чтобы до конца этой службы остались считанные месяцы, недели, дни…
О КГБ, армии и МВД. Тут, конечно, почти все ясно. Эти бравые организации всегда были оплотом государственности. При тоталитарных системах их роль и мощь возрастают во много-много раз. Ни один из этих органов не задел ветер перемен, даже наоборот, неожиданно для всех, председатель КГБ Крючков, вдруг перепрыгнув ступень кандидата, сразу же был введён в состав Политбюро. Это продолжение старой традиции сращивания партийной верхушки с органами безопасности, конечно же, шокировало всех. Все-таки во времена перестройки и гласности, хотя бы из чувства такта и здравого смысла, Горбачёву не стоило превращать один из госкомитетов в самый главный комитет. Но нет, жажда власти и страх её потерять важнее любой логики и любого здравого смысла. КГБ должен быть на страже партийных интересов, пусть Крючков будет рядом, под боком.
Я представляю, какая жестокая, тяжёлая борьба будет идти за будущее армии и КГБ. Ещё раз повторюсь, к реформе этих важнейших структур государства мы даже не подступили. Потому что ещё силёнок мало. Как-то почти бессознательно при словах «армия» и «КГБ» помимо воли хочется встать по стойке «смирно». Так, на всякий случай. Это чувство страха живёт практически в каждом депутате. Именно поэтому руководство, армия и КГБ совершенно спокойно, и я бы даже сказал, нахально игнорируют требования депутатов о необходимости расшифровки статей расходов этих ведомств. Не собираются они сообщать и другие подробности деятельности и функционирования этих органов, без знания которых все разговоры о сокращении, ограничении функций, уменьшении веса и роли и т.д. превращаются в пустой звук.
На что я надеюсь? Во-первых, и это самое главное, на развитие самого общества. Понятно, что КГБ и армия будут постоянно запаздывать в своём развитии, но подстраиваться под процессы, происходящие в стране, пытаться поспевать за ними им придётся. И второе, это сами люди. И армия, и КГБ состоят не из оловянных солдатиков, а из живых людей. Уже сегодня туда приходит новое поколение военных, у которых солдафонство, тупое подчинение, непрофессионализм вызывают чувство протеста, мириться со старыми порядками они не будут.
Спасение и армии, и КГБ — это гласность и открытость. И вот за это мы все, кому дорога перестройка, будем бороться. Что касается будущего этих ведомств, то уже ничего нового придумывать тут не надо. Человечество уже выработало отлаженный механизм взаимодействий с армией и службами безопасности, когда они стоят на службе у общества, а не над обществом, и подчинены парламенту. Армия, на мой взгляд, должна стать профессиональной, добровольной. Только тогда возможно её качественное изменение к лучшему. Но, впрочем, это уже частности.
Я далеко ушёл от рассказа о Межрегиональной группе. А продолжение истории с ней показательно. В то время как заседал, вырывая редкие часы из свободного времени, Координационный совет межрегиональной депутатской группы, в то время как шли мозговые штурмы по выработке программ выхода из кризиса, начался совсем другой штурм — дискредитация участников группы. В газетах, на встречах с избирателями, на привычных партактивах повсюду, где можно и нельзя, сообщалось, что они, то есть мы, рвутся к власти, хотят повергнуть страну в хаос, в диктатуру, они проходимцы, интеллигенты, бюрократы, далеки от народа, у большинства из них тёмное и неясное прошлое… Все это вроде бы выглядело смешно и забавно, но на самом деле страшно. Ничему нас история не учит.
Опять, уже не первый раз в нашей жизни делается попытка заменить процесс взаимного диалога, процесс сопоставления различных взглядов и подходов — заменить эти естественные и необходимые для общества, отказавшегося от тотального единомыслия, процессы — на борьбу с личностями, являющимися носителями и выразителями этих взглядов и подходов.
Все это уже было в нашей истории и не принесло народу ничего, кроме неисчислимых бедствий и страданий. Пора уже понять, что общество наше, к счастью, неоднородно. Различные его социальные группы и слои имеют различные интересы, не во всем совпадающие.
