структур, на котором держится вся государственная власть и наша с вами безопасность.
Другими словами, инквизиторы, замахнулись на устои безопасности простых граждан и
всего государства в целом. По вине, необдуманных действий, со стороны государственных
структур и отдельных чиновников высокого ранга, мы, скатились в беспросветную яму
бесправия, взяточничества и популистического триумфа. Благодаря таким политикам, мы,
ушли в темноту безысходности и нищеты. Я, напомню слова, сказанные мудрецами: «Если
звезды зажигают – значит это кому-нибудь нужно!» Вот и делайте свои выводы сами, к чему
это всё, в дальнейшем, может привести нашу страну? Чем может это обернуться для простых
граждан.
Во время служебной проверки, Соломин давал сбивчивые показания. При этом,
каждый раз их менял. После третьего опроса, были записаны новые показания. По
результатам, ответственный представитель, проводивший проверку, заключил, что мои
действия были законны и справедливы. Так же не нашёл нарушений прав и свобод со
стороны сотрудников милиции в отношении Соломина. При этом обратил внимание,
основываясь на показаниях свидетелей, работников автовокзала, и работников бара, что
потерпевшие получили травмы в результате обоюдного конфликта между собой. Так, УВД
Свердловского района оправдало нас. Меня, это в какой-то степени, успокоило.
После служебного расследования, со стороны управления собственной безопасности,
начальнику медвытрезвителя, на руки дали заключение. Оттуда я узнал, что причастен к
избиению Соломина и пропаже вещей. На каких показаниях основывалось такое решение, в
заключении, должностное лицо, проводившее расследование, не соизволило указать. Вскоре,
меня пригласили в административное здание УСБ Пермской области:
– Товарищ капитан, расскажите, пожалуйста, всё, что вы знаете про Соломина, с
момента доставления и до выписки из вытрезвителя!
Я, очередной раз, подробно в устной форме изложил майору, который сидел напротив
меня.
– Тоесть, вы утверждаете, что Соломина не избивали и вещей у него не брали?
– Да, это утверждаю однозначно! – с готовностью выпалил я.
– Тогда вам и бояться нечего!
– Я вас не понял?
– Мы, вас, пригласили и предлагаем пройти тест на полиграфе. Если вам нечего
скрывать, то вы, спокойно пройдёте эти тесты! Я думаю, это вам надо, в первую очередь, для
того, чтоб прокуратура больше не теребила вас, и вы спокойно продолжили службу в
милиции!
– Товарищ майор! У меня есть пару вопросов! Эти тесты, только для меня и вы, мне,
оказываете помощь? Или это нужно для вас, чтоб проверить мою причастность к избиению
Соломина? Может, для прокуратуры? Потому что ваше заключение по служебному
расследованию, я уже читал!
– Насчёт этого не волнуйтесь! Полиграф будете проходить в ГУВД Пермской области!
Прокуратура к этому никакого отношения не имеет!
– Если для меня, в мою защиту, и только внутри милиции, то давайте пройдём!
– Конечно! Но есть одна формальность! Довожу до вашего сведения, что согласно
Конституции РФ, статья 51, никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего
супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом! Это
ваше право! Тесты будут проводиться, только с вашего согласия!
– Хорошо! Я согласен! – с готовностью ответил я.
– Тогда, вам, надо, написать одну бумажку, что вы добровольно соглашаетесь пройти
детектор лжи!..
Я написал заявление, и мы распрощались с доброжелательным майором.
В скором времени был приглашён в кабинет подполковника Сидорова. Он, кратко
рассказал принцип нашей, будущей работы.
После присоединения датчиков, небольшого инструктажа приступили к работе.
Сидоров задавал мне вопросы. Я неподвижно сидел в кресле, должен был давать
однозначные ответы. На первый взгляд выглядело довольно просто:
– Вы, Светлов Николай Евгеньевич?
– Да!
– Вам 39 лет!
– Да!
– Вы капитан милиции?
– Да!
– Вы знаете Соломина?
– Да!
– Вы его избивали?
– Нет?..
Немного поработав с этими вопросами, мы перешли к другой группе.
Отрабатывая вторую группу, иногда переходили к одиночным вопросам первой
группы. Далее последовала третья группа, четвёртая, пятая, они стали смешиваться. Сидел
неподвижно, смотря на стенку с камерой. Прошло уже много времени, возможно, несколько
часов. После долгой, монотонной, процедуры вопросов и ответов, в какой-то момент, камера
расплылась, появилось одно большое, светлое пятно, я потерял сознание. Отсоединив от
датчиков, подполковник Сидоров привёл меня в чувство:
– Всё, Николай Евгеньевич! Наша работа, на этом закончилась! Вы можете идти!
– Товарищ подполковник! Разрешите узнать результаты тестов!
– Сожалею, но нет! – спокойно сказал он, – Я, не имею права разглашать результаты!
После анализа, они пойдут в прокуратуру!
– Тоесть? Как это не имеете права? Как в прокуратуру? Я же, на добровольной основе
пришёл к вам, чтоб проверить себя! Вся информация, только для меня! И заверили, что
прокуратура тут не причём!
– Результаты узнаете в прокуратуре через два дня! – с нажимом на слова, раздражённо
повторил подполковник.
– Как это через два дня? Причём тут прокуратура, если мы вопросы решали с УСБ? Я
