Цветные, тематические, вразумительные. Как объясняют гиды, здесь была школа и детям объясняли функции мужчин и женщин в общине: мужчины на символических рисунках занимаются охотой, рыболовством, добычей пропитания, строительством жилища. Женщины — домом и детьми. Очень все разумно было у доисторических людей!
Иногда приходит мысль, что мы с цивилизацией выплеснули что-то ценное. Особенно в наше трагическое время, когда убивают, и не за пропитание, а за идеологические расхождения. Правильно ли развивается цивилизованное общество?
Несколько дней спустя в культурном центре аборигенов для туристов за большие бабки молодые голые (только в татуировках и набедренных повязках) люди плясали, пели и учили кидать бумеранг. Меня, сидевшую от вечной дурацкой любознательности в первом ряду, выбрали за активность, и один абориген вывел меня за руку на сооруженную из камней и палок сцену. Там я с ними конвульсивно дергалась, повторяя звуки «кака-пока-кураку» и задыхаясь от запаха пота и животного мира.
Хочется верить, что они не только развлекают туристов, но и учатся в школе.
Так что Австралия — страна, где в глубинке живут аборигены, почему-то пропущенные эволюцией человека.
Неандертальцы существуют — замечено сегодняшней наукой, и, кажется, я их повидала.
И существуют всего в трех часах лета современными летательными машинами; они соседствуют с высочайшей культурной и оберегающей природу цивилизацией на участках, заселенных бывшими каторжниками…
Впечатлили оригинальностью, являющейся обыденностью для местного населения, пляжи курортной зоны Австралии (Керн).
Пустынный пляж побережья Тихого океана с хорошим мелким ласковым песком и серой мутной водой. Но только крохотный участочек пляжа, выделенный как маленький садок — огороженный мелкой сеткой кусочек воды, — единственное разрешенное для купания место.
А перед ним — знаки на стенде, обозначающие опасности, подстерегающие на пляже: крокодилы и ядовитые медузы!
А вода теплая до удивления. Но страшно и не хочется входить даже в огороженный садок.
Прелесть пляжа дополнилась необычностью на околопляжной ресторанной аллее из огромных деревьев.
Появившись там вечером в поисках ресторанчика около моря-океана, мы обратили внимание на громкий гомон птиц и даже на секунду с трудом затихли, прервав наш женский щебет, желая насладиться птичьими голосами, необычно резкими и какими-то скандальными.
Попугайчики, решили мы. Или птичий гомон, с помощью которого пернатые желают друг другу спокойной ночи.
А светлым днем, увидев знаки и прочувствовав опасности купания, добавили себе порцию удовольствия, не только услышав, но и увидев тех самых «птичек» величиной с хорошую ворону — тучами летавших, резко звучащих, прыгающих и ползающих по стволам деревьев, роняющих экскременты, представьте себе, черных летучих мышей!
Которые, почему-то активны и днем, а не только ночью.
Курорт как-то не приглянулся, и огромный бассейн в отеле, покрытый подвесным тентом от солнца, а может, и от падающего мышиного дерьма, стал отличной заменой пляжу.
Насчет ресторанов могу засвидетельствовать — невероятно вкусную и свежую морскую живность подавали приготовленную любым способом и просто великолепно декорированную на тарелке.
Московские девочки оценили: «Ну, какова подача материала!»
Поездка в страны, где время в сравнении с Нью-Йорком на 16 часов впереди, где сезоны года, а также день и ночь поменялись местами, где вода утекает против часовой стрелки, где живы и активны гейзеры, водопады и вулканы, где жили людоеды и до сих пор живут неандертальцы, где местами угнездилась высочайшая цивилизация с приветливым отличным туристическим сервисом, принесла огромное удовольствие и массу интереснейших впечатлений.
За полмесяца путешествия — десять перелетов и неисчислимое количество переездов и пеших километров.
Масса эмоций — от восторга до жути.
Мы целовались с маленькими кенгуру, с сонными коалу, индейцами Маори.
Нас трогали руками аборигены и толкали огромные рыбы, когда мы «сноркали» на Большом Барьерном рифе, нам улыбались акулы в двадцатисантиметровой близости, в огороженном крепкой сеткой маленькой части большого Тихого океана. Там, предварительно нарядив в блестящие облегающие костюмы с капюшонами от ядовитых медуз и рыб и маски, нас, туристов, окунали в море.
Мы плескались, искали подводную живность, и вдруг стая разновеликих рыб и рыбищ потоком бросилась куда-то в одном направлении, сметая всех и вся в кучу, больно толкаясь очень тугими рыбьими телами.
Я увидела страшную улыбающуюся пасть метровой, даже крупнее, рыбины, похожей на акулу. Чудище неслось прямо мне в лицо — я заорала, чуть не захлебнувшись, выскочила на плаву на поверхность и завопила уже в воздух: акула!
В ответ ребята у входа в морской бассейн, огороженный сеткой, закричали: «Не бойтесь! Она своя!»
Оказывается, был час кормления, и рыба, боясь пропустить «халяву», стремглав неслась к людям-кормильцам, сметая на пути людей — созерцателей их жизнедеятельности. Необычная картина!
Езжайте в Новую Зеландию и Австралию! Не пожалеете.
