Они стали обмениваться репликами, обнялись. Он деликатно, но изо всех сил стараясь продемонстрировать свою натренированную сноровку мужчины, которой не было и в помине, начал двигаться. Она старалась быть мягкой и податливой, прогоняя циничные мысли, и пыталась не фиксироваться на ощущениях. После трудных судорожных упражнений и манипуляций без ощутимых результатов порыв страсти пошел на убыль, но он продолжал слабую ритмичную активность. Она спросила: «Должна ли я подождать, когда ты закончишь?»
Он ответил: «Я могу закончить прямо сейчас!» и поспешно, с видимым удовольствием мгновенно вернулся на свою часть кровати, вздохнул, с наслаждением вытянулся и затих.
Было похоже, что его душу наполняла гордость «за сделанную любовь», радость жизни и чувство исполненного мужского долга. Она с пониманием, но и с облегчением сдержанно демонстрировала «ублаготворение» и остывала от неутоленного гормонального всплеска.
Утром он привычно начал свой нескончаемо долгий утренний туалет: снял все время спадающие и придерживаемые руками пижамные брюки. Голый, не стесняясь своего старого тела и обвислостей, прошел в ванную, вышел после душа. Заметив ее, видимо, неодобрительный взгляд, пояснил: «У американцев принято не стесняться своего тела, если мужчина и женщина были близки». Она горько усмехнулась про себя.
Он надел чистое белье, сел на стул и начал нечеловечески ловко свою привычную процедуру обработки ног: приклеивание пластыря к потертостям, использование специальной пудры и тому подобное.
Затем снова влез в жуткие зеленые перчатки и начал с трудом натягивать чулки-протезы.
Наконец оделся и со вздохом произнес по-русски: «Ты износила меня!»
Она снисходительно наблюдала за ним, не ощущая неприязни, понимая старческое бессилие, с которым не считается жестокая жажда жизни.
Желание быть крутым, уверенным в себе, любящим и любимым присуще каждому, несмотря на возраст, но особенно сильно проявляется оно на крутом склоне вниз.
Они погуляли на побережье еще недолго, сели в огромный автобус, несущийся в Нью-Йорк, и, разговаривая ни о чем, вдруг вспомнили бурные события ночи и стали смеяться до слез, особенно при ее комментариях относительно зеленых перчаток, которые навели ее на мысль о маньяке…
Путешествие и трудная ночь быстро забылись, но ее еще долго душил незлобивый смех, особенно при воспоминаниях о зеленых перчатках.
Вы знаете, чем закончились отношения этих двух людей?
