— Вижу, ты хоть что-то слышала о Саладине. Конечно, представить Бартона в роли сарацина сложно, однако это правда. Мне самой сложно привыкнуть к этому, зато после долгих лет совместной жизни… Не улыбайся так! Я не в том смысле, о котором ты подумала! Так вот, после долгих лет нашего общения я открыла в Бартоне прекрасного человека, доброго и надёжного, а также поразительной силы ликана. Волком он стал после одного знаменательного, но крайне неудачного для него похода. В одной из разрушенных деревень жила местная ведунья, которая наложила на него проклятье. С тех пор иногда хищная сущность одерживала над ним верх. Бартон замкнулся в себе, а вскоре оставил военную службу и поселился в уединённой хижине на склоне горы. Там он прожил долгие столетия, прежде чем я не нашла его. Признаюсь, уговорить этого отшельника выбраться из своей раковины было сложным делом. Он до смерти боялся причинить вред людям, но я помогла ему обуздать звериную натуру и принять себя таким, какой он есть. В благодарность Бартон обещал служить мне и до сих пор держит своё слово. Вместе мы многого добились, нашли новых членов стаи, расширили наши владения и успешно боролись с вампирами. До того момента, пока в жизни этого болвана не появилась та девушка! — Тут Анита скривилась и нервно отпила из кружки чай. Я последовала её примеру и приготовилась слушать дальше. История захватывала всё сильнее с каждым словом. — Её звали Джоанна. Родом из Англии, вездесущая и противная особа с тяжёлым характером. Она была младше меня всего на пару лет, поэтому совершенно не слушалась. Не знаю уж, по какой причине, но Бартон привязался к ней. Конечно, выглядела она шикарно — брюнетка среднего роста, с тонкой талией и волнистыми волосами. Помню, я нашла её в таверне, где она работала барменшей. Мужчины просто обожали её, но не подозревали, какую фурию принимают за невинного ангела. Джоанна была расчётливой стервой, всегда достигающей цели. Она была умным ликаном, охотилась только на животных, хотя по праздникам убивала и людей. Как она стала волком, для меня до сих пор загадка. Бартон любил её, и этого было достаточно. Он обожал её за неиссякаемый оптимизм и вечную бодрость. Ей доставляло удовольствие целыми днями танцевать, петь или рассказывать пошлые истории. Хотя я не имею права отрицать — именно Джоанна обнаружила Тейлора и познакомила нас. И я, к сожалению, обязана ей жизнью… Мы тогда бродили под Загребом в поисках очередного ликана. Вдруг нам навстречу выскочила группа вампиров. Бартон взял на себя их опытного и сильного вожака, а мне достались несколько новичков. Тейлор и Джо держались в стороне, потому что не были готовы драться с серьёзными противниками, но я всё равно за них волновалась и следила краем глаза. В общем, как-то я отвлеклась всего на мгновение, но этого оказалось достаточно, чтобы один из вампиров неожиданно прыгнул на меня. И тут Джоанна встала между нами, тем самым подставляясь под удар. Она умерла мгновенно, но память о том происшествии преследует меня и сейчас. Иногда я вижу во сне, как она падает на землю с разорванным горлом, а вокруг неё на земле расползается кровавая лужа. Помню, в тот раз меня охватила такая ярость, что я самостоятельно добила каждого вампира, участвовавшего в стычке. Я не любила Джоанну, терпеть её не могла, но, тем не менее, я до сих пор сожалею, что в том сражении совершила ошибку и отняла у Бартона его верную подругу…
Я расширенными глазами смотрела на Аниту, которая с подавленным видом сидела на стуле, сжав побелевшими пальцами чашку. Возникло желание подойти к ней и утешающе обнять, но она не дала мне этого сделать, потому что просто решила закончить историю Бартона.
