- Почему? Я очень хочу тебе помочь, но что мы можем? Сначала надо подумать, зачем вампиры убили твою сестру. А тебе надо успокоиться! Сейчас ты не думаешь головой, – ответила я не менее зло, чем сам Эрик мгновением раньше.
Я понимала его желание отомстить. Знала не понаслышке, как отчаянно ему хотелось вскочить с дивана, вытащить мой пистолет и перебить всех вампиров, которые жили в округе. Я знала, что сейчас внутри него не было ничего, кроме ярости и боли, пожирающих его душу. Я помнила это страшное ощущение бессилия и страха, когда весь мир сжимается до размера одной мысли – я ничего не смогла сделать.
Серые глаза Эрика на миг просверлили меня слепой яростью, но затем погасли. Вся его фигура распространяла вокруг себя волны тоски и безнадёжности. Я тоже проходила через это. Ему нужен был человек, который покажет путь, как пережить ужас и обречённость.
Вот только я не знала, как помочь Эрику, ведь когда-то давно мне никто не помог. Я проклинала собственную ущербность. Да, я могла бы изобразить сочувствие, похлопать по плечу, пустить слезу, но врать не хотела, особенно близкому человеку. Единственное, что мне оставалось, – сидеть перед Эриком, но совершенно не понимать, как его утешить. Мне казалось, что от каждого моего слова он всё сильнее расстраивался. Меня саму постепенно начали душить какие-то непонятные чувства: то ли страх, то ли тоска, то ли раскаяние за внешнюю чёрствость. Я не была приучена говорить правильно и к месту.
- Чего сырость разводите? Вам её не хватает, что ли?
В гостиную зашла Анита, неся в руках поднос с чашками. Над ними поднимались облачка пара, несущие ароматы корицы и трав. А ещё рядом с ними возвышались красивые бокалы и бутылка красного вина. Я вспомнила о ней только сейчас, когда увидела. Конечно! Отец купил пару штук, когда готовил дом к моему переезду. Сейчас я молча помолилась, что у меня был такой замечательный папа.
Анита тем временем с грохотом поставила поднос на столик, пододвинула его к дивану и ловким движением вытащила из бутылки пробку, в очередной раз напомнив мне о своей нечеловеческой силе.
- Если что, на улице пошёл дождь. Могу вас обоих выкинуть из дома умыться! Вы чего такие кислые?
- Анита… Ты меня поражаешь…
Я поднялась с пола и переместилась на место рядом с Эриком. Он отнёсся к появлению ликана спокойно, а к вину и вовсе положительно. У него в глазах даже возникло осознанное желание не только бежать разбираться с Александром, но и провести этот чудовищный вечер в компании ликана и охотника.
- Я в курсе, что выгляжу поразительно!
Дурачась, Анита перекинула бутылку из одной руки в другую и встала, выпрямившись и выпятив грудь. Правда, поза смотрелась скорее нелепо, чем вызывающе. Махровый халат с расплывшимися от частой стирки розами явно не добавлял ей обаяния и привлекательности. Хотя, скорее всего, она на это и рассчитывала, потому что Эрик впервые за последние минуты слабо улыбнулся. На его лице даже начало появляться так полюбившееся мне выражение ехидства и доброй насмешки.
- Не могу не согласиться… – сказал он, прищурившись.
Я изобразила приступ ревности и толкнула Эрика локтём в бок. Он с готовностью завалился на диван, да ещё и меня потянул за собой. В итоге я упала на него сверху таким образом, что мы столкнулись носами.
На самом деле я хотела только отвлечь его от страшных мыслей. Я знала, что поступала не особо честно по отношению к Эрику, но мне правда хотелось ему помочь.
Губы Скарсгарда были сухими и солёными, словно он плакал, пока бежал. Я бы не стала это отрицать, памятуя о том, что ему довелось сегодня увидеть. Поцелуй напомнил мне американские горки, когда сердце то взлетало до горла, то уходило в пятки. Одновременно со смущением меня опалило желание защитить Эрика от всего на свете, уберечь от того, через что он прошёл или собирался пройти в ближайшем будущем. Земля ушла из-под ног, стены рухнули. Осталась только я и он. Его руки по-хозяйски обвились вокруг моей талии, перемещая меня чуть выше. Кажется, мы столкнулись зубами, но оба ничего не заметили. Я закрыла глаза и превратилась в спасательный круг, за который Эрик мог уцепиться и выплыть из того океана ужаса, где он тонул последние часы своей жизни.
Объятия были отчаянными. Вокруг меня словно сомкнулись стальные прутья, обхватив так крепко, что ещё мгновение, и мои рёбра жалобно захрустели бы, а сама я начала задыхаться.
Не знаю, до чего бы мы с Эриком дошли, но тут Анита с боевым кличем завалилась на нас!
- А-а-а! Обнимашки! – завопила она чересчур счастливым голосом. Я выбралась из рук Эрика с твёрдым намерением уменьшить число знакомых ровно на одну. – Эй, меня нельзя трогать! Я незаменима!
- Незаменимых людей не бывает, – подхватил мой убийственный настрой Эрик, у которого на щёки наконец-то вернулся румянец, а губы больше не были мертвецки бледными.
- Злые вы! Уйду я от вас! – процитировала Анита кого-то ужасно знакомого.
