Я бы тоже не отказалась перекусить чем-нибудь сладким, например, съесть ведёрко фисташкового мороженого или, на худой конец, шоколадную пасту, но идти за этими нехитрыми антидепрессантами в магазин на ночь глядя было лень.
— Да нечего пока рассказывать. Одно я знаю точно — теперь без одобрения Кристал я ничего не делать не буду. Может, вообще всё брошу и поеду с ней в Европу! И гори оно синим пламенем.
Анита нахмурилась, услышав мой «героический» ответ, и закатила глаза.
— Я тебя не держу, можешь катиться куда пожелаешь. Подумаешь, Бартон погиб по нашей вине, а ты решила сбежать. Трусиха.
— Бартона убил Адриан, а не Александр. Его смерть не имеет к нам никакого отношения! — возразила я не менее сердито. — Не вешай на меня всех собак.
— Тогда не веди себя как тупая курица! — вдруг выпалила Анита и развернулась ко мне, попутно царапая ногтями дверцу шкафа. Как ликан оказалась на ногах, осталось для меня загадкой.
— Мебель не порти, — бросила я машинально.
Сказать, что я испугалась бурной реакции ликана, было сложно. Скорее, она меня удивила своей неожиданной вспышкой ярости, но я понимала — чем больше Анита рассвирепеет, тем легче ей станет. Проверенная на собственном опыте терапия помогала, особенно если близкий человек погиб недавно.
— Какая же ты жестокая! — разочарованно произнесла Анита и всё-таки перестала царапать шкаф.
— Я не жестокая, я просто умею держать себя в руках.
Рассказывать Аните о собственных тараканах и прошлом я не собиралась. Мне уже хватило сочувствующих взглядов от Эрика и Питера, которые те даже не скрывали. Добавлять в команду жалеющих ещё и ликана — чистое безумие и глупость.
— Но хоть немного человечности в тебе должно быть! — на этот раз с отчаянием воскликнула вожак ликанов. — А ты хуже робота! У него оправдание есть, он — машина.
— Меня учили быть машиной, Анита. И сейчас я на задании, которое напрямую влияет на мою жизнь и судьбу Стоунбриджа. Неужели ты хочешь, чтобы я сутками рыдала, причитая о смерти Бартона? Он бы этого не хотел!
— Ты не знаешь, чего бы он хотел, — ядовито произнесла Анита, однако я уже успокоилась и никак не отреагировала на её слова, предоставляя ликану возможность самой разобраться со своими эмоциями.
— Если хочешь, можешь сидеть тут и корить себя, а я спущусь вниз. Мне, в отличие от некоторых, есть чем заняться.
Я поднялась с кресла и направилась прочь из кабинета, слыша негромкие голоса, доносившиеся с первого этажа. Похоже, Глеб, Эмиль и Питер развели настоящие дебаты по поводу того, кто из них показался на глаза Чарльзу и «спалил контору». Пока «выигрывал» Глеб, которого двое более разумных вампиров дружно обвинили в неумении держать язык за зубами и хроническом «головотяпстве».
В общем, я поспешила к расшумевшимся монстрам, пока они от наплыва чувств не разгромили мне кухню.
====== Варианты событий ======
Глеб сидел на кухонном гарнитуре, болтая ногами и подкидывая на ладони стеклянный стакан. Когда я вошла, он соскочил на пол и поставил свою «игрушку» на полку, однако тут же вытащил из кармана зажигалку и начал жонглировать уже ей. Нервы шалят не только у меня?
Эмиль с Питером о чём-то шептались и периодически так пристально смотрели в окно, словно оттуда на них собиралось напасть полчище чудовищ.
Я вошла на кухню с твёрдым намерением разобраться в ситуации и наказать виновных, но в последний момент почему-то расхотела. Стоило мне взглянуть на унылые лица вампиров, как все убийственные мысли куда-то улетучились. На меня навалилось то странное состояние апатии, когда хочется бросить всё и ни о чём не волноваться, свалив все свои проблемы на кого-нибудь другого. Вот и сейчас я молча посмотрела на гостей и направилась к плите варить кофе покрепче. Снова.
— Извини, что провалили твой план! Мы не специально! — очень «вовремя» воскликнул Глеб, стоило мне взять в руки стеклянную банку с кофейными зёрнами.
Если бы не помощь Питера, бежать бы вампиру от моего праведного и не совсем гнева куда подальше. Потому что от такого громкого «сюрприза» я выронила кофе, а схватить не успела, зато успел страхующий Кроссман. К моей неописуемой радости.
— Ты бы ещё громче сказал! — одёрнул родственника Эмиль и попытался загладить ситуацию неловкой улыбкой. Ну как дети, честное слово.
— Не мешайте готовить…
