Мы отъехали. Я легонько придерживал Веру, но она была словно кукла. Вероника вела автомобиль быстро и уверенно. Чтобы как-то убрать возникшую тишину, она включила радио. Мощный бит вырывался из динамиков, мешая сосредоточиться, но девушке это нисколько не мешало.
Я осторожно бросал взгляды по сторонам, но лишь раз поймал сворачивающую в проулок машину Игоря. Оставалось надеяться, что меня не потеряют. Мы выехали из города и понеслись по трассе в сторону дачных поселков. Через какое-то время Вероника свернула на грунтовую дорогу и еще минут десять мы ехали в сопровождении исключительно деревьев по обе стороны.
В конце концов автомобиль оказался перед небольшим двухэтажным домом, возле которого стояли три автомобиля: джип «Чероки», «Мерседес» какой-то старой модели и микроавтобус. Возле дома прохаживались трое типов в спортивной одежде.
– Турбаза, – объявила Вероника. – Сняла ее целиком на пару дней. Тут рядом отличное озеро. Но, пожалуй, сегодня будет не до него. Выходим.
Вероника кивнула парням, те кивнули в ответ. Мне показалось, что под спортивными куртками у них пистолеты. Я помог вывести Веру, и мы поднялись наверх. В комнате, куда мы вошли, на диване сидели дети с Аней. Возле окна стоял азиат Джим. Вероника довела сестру до кресла и усадила ее, после чего вытерла Вере край губ от слюны и накинула на ноги плед.
– Вот и все, Женя. Теперь, когда ты знаешь причину, попробуем поторговаться. Я сначала хотела обменять здоровье своей сестры на все, что у тебя есть. Но это слишком, я и так уже много взяла. Выбери кого-то одного, кроме себя. Джим покончит с ним, и мы разбежимся. Я навсегда исчезну из твоей жизни.
Я бросил взгляд на детей и Аню. Катя напряглась, желая броситься ко мне, но Аня ее придержала. В глазах любимой я читал готовность пожертвовать собой, но я не верил Веронике. А даже если она и собиралась сдержать слово, то я не был готов жертвовать хоть кем-то: девочкой, ставшей мне практически дочкой, сыном или женщиной, которую любил.
– Что молчишь? Я жду. Выбирай. У тебя есть всего пара минут. Если не выберешь, то я сделаю выбор за тебя. Джиму все равно, кого убивать, я плачу его семье достаточно денег, чтобы он был послушен как собака, – Вероника подошла к детям и Ане. – Эники-беники, ели вареники… Как там дальше? Ладно. Пусть это будет девочка!
– Нет! – вскрикнул я.
– Нет? Значит, перебором от противного. Тогда мальчик? Такой милый и так похож на тебя, – Вероника присела перед Женькой. – Ты в курсе, что твой папка такой нерешительный?
– Папка? – озадаченно вымолвил ребенок и перевел взгляд на мать, которая пожала плечами. Не лучший момент и не тот человек, чтобы узнать правду.
– Ох, какая мелодрама, мама забыла сказать сыну об отце, – Вероника посмотрела на меня. – Так что, мальчик? Зачем тебе сын, который не знает, что ты отец?
– Вероника… Не надо… – прошептал я.
– Раньше надо было думать. Я решила, это будет мальчик. Одного ты уже прошлепал на корабле, теперь будет еще одна невинная жертва. Знаешь, как звали того малыша? Ли Кань Ши. Хороший. Умненький. Будущая надежда и опора своей матери. И вот на его пути встаешь ты, сомневаешься в моей уверенности и делаешь мальчика совершенно ненужной жертвой. А ведь мог бы еще жить и жить. У тебя не жизнь, а дорога, усеянная развалинами и трупами. Ты – совершенно бесполезный и опасный для окружающих человек.
В этот момент во дворе раздались выстрелы. Мне хотелось броситься к окну, чтобы убедиться в том, что это Владилен и Игорь начали свои действия. Но я удержался, а Вероника в два прыжка оказалась там. Бросив взгляд во двор, потом на меня, она повернулась и быстро вышла из комнаты. Я оценил обстановку: азиат стоял возле окна и одним глазом наблюдал за ситуацией во дворе. Вера продолжала находиться в состоянии грогги, дети и Аня так и стояли перед диваном, не смея тронуться с места.
Я зарычал и бросился вперед. У меня не было ни единого шанса в прямой схватке с громилой, но я мог использовать импульс и силу удара с разгона. Я ударил Джима плечом в живот, и он полетел в окно. Хлипкая деревянная рама не выдержала его веса, и Джим вылетел наружу вместе с осколками стекла. В последний момент он протянул руку, чтобы схватить меня, но я увернулся, одновременно растопырив руки и схватившись ими за края окна. Боль пронзила ладони – в них впились осколки выбитого стекла.
Я отдернул руки, посмотрел на кровь, текущую из них, но некогда было заниматься собой. Я схватил в охапку Катю, толкнул Аню, которая сгребла Женьку, и мы понеслись вниз. Во дворе за домом стреляли, но мы выбежали перед ним, я быстро обежал машины – ключи были только в «Мерседесе». Я буквально забросил Катю на заднее сиденье и заскочил на водительское место. Аня села с другой стороны сзади, когда я уже поддавал газу. На шум двигателя на крыльцо выскочила Вероника. Мы смотрели друг другу в глаза, пока я отъезжал на задней передаче. И только когда я развернулся, визжа колесами, она бросилась обратно в дом.
