У меня просто нет столько сейчас. Что-то разошлось на мелкие расходы и зарплату. Что-то вложено в закупки. Откровенно говоря, мне даже продать нечего — живу на съемной квартире.
Хреново. Что думаешь делать?
Есть мыслишка. Не переживай, прорвемся.
Мыслишка, как я уже потом узнал, была отчаянная. Эдуард решил влезть в тендер поставки техники для местной теплоэлектростанции. Основу поставки составляла сложная серверная техника, в которой Эдуард ничего не понимал, но где-то нашел решение с минимальной ценой — почти ничего не закладывая в прибыль. По гениальной идее Эдуарда, выиграв данный тендер, он бы получил порядка пяти миллионов предоплаты, из которых смог бы выплатить сразу долг и даже внести предоплату за поставку техники оптовикам. А там — уже вывел бы часть денег из бизнеса, что-то получил из долгов покупателей, что-то — с новых заказов. И взял бы еще пару кредитов. Бизнес был бы спасен.
Не учел Эдуард только одного, несмотря на федеральное подчинение, в креслах покупателя сидели местные жители, которые по понятным им причинам хотели ездить на хороших машинах и раз-два в год выезжать на дорогие европейские курорты. Получив к участию заявку Эдуарда, они передали информацию о ней в другую компанию, которая тоже участвовала в конкурсе — это была бывшая фирма Эдуарда.
В тот день я опоздал на работу, у меня была медкомиссия в военкомате. К этому времени я успел отлежаться на дневном стационаре в местной больнице, где у матери было немало знакомых — нужное заключение я получил легко, хотя и не бесплатно. Решение медкомиссии было единогласным — негоден по болезни. Оставалось только получить военный билет, но это уже мелочи, так что я подошел к офису в крайне хорошем настроении где-то в третьем часу дня.
Офис окружали люди в камуфляже, но это были не милиционеры. Подойдя чуть ближе, я смог рассмотреть эмблемы одного из немногих охранных агентств в городе. Я прошел мимо — в кафе, примыкающее к офисному зданию, и набрал номер нашего секретаря.
Лена! Что за люди возле офиса.
Ой, Евгений Валерьевич! Что тут творится! — Из насыщенной эмоциональными междометиями речи я с трудом понял, что с утра Эдуард не вышел на работу, а примерно в полдень приехал молодой человек, который предъявил документ о переоформлении общества на его имя. С тех пор ведется выемка документов и файлов из компьютеров. Всех впускают, никого не выпускают. Телефон Эдуарда не отвечает.
Мое состояние приблизилось к паническому. Я стал перебирать в памяти все, что мог оставить на рабочем компьютере. И вот она святая предусмотрительность — никогда целиком не доверяя Эдуарду, я хранил основную рабочую информацию на своем внешнем диске — работая с него. Так что мой компьютер был всегда девственно чист. Почтой я пользовался гмайловской (gmail.com — примечание авт.) — найти переписку тоже было нельзя. В конторе из моего было только личное дело и трудовая книжка.
Оставалось разобраться, куда пропал Эдуард. Первая мысль была — сбежал. Я позвонил его жене, толком я ее не знал, но телефон ее у меня был — как-то Эдуард напился и пришлось искать телефон его жены, чтобы узнать адрес, куда доставить тело. Элла, так звали супругу, в разговоре расплакалась — вчера Эдуард не вернулся домой. Я запаниковал еще больше. Перебрал в голове несколько вариантов и вызвонил старую подругу Эльвиру из поликлиники и напросился на вечер в гости. Мне надо было где-то пересидеть. На всякий случай.
Остаток дня я просидел, потягивая кофе, напротив своего дома, ожидая визга тормозов и ребят в черном камуфляже. Но ничего не происходило. Не было даже постоянно стоящих машин с пассажирами — я ждал хотя бы слежки. Совершенно обычный день. Только вот Эдуард пропал, и фирма захвачена рейдерами.
Вечер в гостях оказался нервным, только после нескольких стаканов коньяка мне удалось немного унять дрожь. Все это время Эльвира просто смотрела на меня, а потом ушла спать. Чуть позже я нашел в себе силы добраться до кровати и свернуться калачиком, не раздеваясь.
Утром моя медсестра растолкала меня.
Эй, лежебока! Я не ты, мне на работу надо. Вставай!
А можно я с тобой? — Вдруг неожиданно для себя напросился я.
Хм. Ну, смотри, у меня сегодня дежурка в больнице, я там на полставки. Не знаю, от кого ты прячешься, но я смогу пристроить тебя в ординаторской, посидишь там до конца рабочего дня.
Отлично, я не буду мешать.
Ха! Только попробуй! Один укол успокоительного и будешь лежать в отключке, — рассмеялась Эльвира.
Но посидеть в ординаторской мне не пришлось. Потому что я нашел Эдуарда. Когда мы проходили мимо приемного отделения, медбрат вез мимо носилки, человек на которых показался мне знакомым. Лицо его сильно заплыло, но все же оторвавшись от Эльвиры я подошел и онемел — передо мной был Эдуард: избитый, нога в лубках, но все же это был он.
Эля! Что с ним?
Ты его знаешь? — Эльвира подошла ко мне и знаком попросила медбрата не толкать носилки дальше.
Это мой директор.
