Размах, с которым проводилась операция, поражала воображение и не могла не привлечь внимания властей, а потому Адриан с удовольствием потакал низменным прихотям своих многочисленных подчинённых. Это был не только отличный шанс продемонстрировать свою благосклонность отличившимся, но и возможность отвлечь Хранителей от истинного замысла.
Однако на последнем этапе всё пошло не по плану, а "через задницу морской сирены", как любил говорить один капитан из его ближайшего круга, известный под кличкой Брыластый и занимавшийся вопросами работорговли. И, если появление черноволосой фурии было более-менее предсказуемо, хотя, надо признаться, он ожидал увидеть другого человека, то Златовласочка стала их неожиданным козырем.
Оказавшись в тюрьме он с немой яростью вспоминал обеих, но особенно ту, что казалась по началу магически неодарённой пустышкой. Навязчивые мысли о мести и удар по честолюбию доводили демона до лихорадочного исступления.
Ему всё же удалось сделать привязку души к существу, находящемуся вне стен камеры. Никакие массивы не могли бы сдержать истинную демоническую сущность, да и мало известно об этом умении непосвящённым. Конечно Адриан был недоволен, когда обнаружил себя в теле слабого детёныша кугуара, но всё же этого было достаточно, чтобы в нужные моменты ускользать от цепких лап драконов и их помощников, оставляя им пустую бесчувственную оболочку на время допросов.
В дальнейшем он планировал накопить достаточно сил, чтобы самостоятельно освободиться и, действуя через наиболее уязвимых, показать, на что способен демон в гневе. Но то были планы, а действительность…
Высший поморщился от собственных воспоминаний и смерил взглядом спящую девушку, которой по какому-то странному течению обстоятельств удалось собрать воедино и демоническую душу, и тело, и, не повредив связи с кугуаром, сделать из него фамильяра.
Он мерил шагами большую комнату по диагонали, от двери к окнам, от окон к двери, раздражаясь от того, насколько было сложно понять, что произошло. Одно оставалось ясным — он заперт в теле животного, которое предано своей хозяйке до кончика хвоста.
Никогда прежде, ни в одном из миров, демону не доводилось сталкиваться с подобным заклинанием, и сейчас он не имел ни малейшего понятия, что за магия была применена. Бессмыслица какая-то.
И если вначале казалось, что это всего лишь какое-то недоразумение, то сейчас, когда его колотило от двойственности желания разорвать девушку на части и одновременно с этим защитить, пришлось принять привязку как данность.
Да, наиболее оптимальным вариантом было бы отправить эту несносную особу в пекло, забыв о её существовании, но пока он никак не мог ей навредить.
Пожалуй, единственным шансом на спасение была отмена заклинания, но для этого требовалось не только разобраться с сутью заклинания, но и стать сильнее. С последним поможет сама же девушка, что так щедро фонит от выбросов неконтролируемой магии.
Он вновь превратился в животное, снял поставленную защиту и лёг на кровать, уткнувшись носом в хозяйку, чьё присутствие подчас обволакивало демона непривычным спокойствием и несвойственным ему умиротворением.
***
— Мира, просыпайся, у нас тренировка, — разбудил меня издевательски бодрый голос Фенрала.
О, только не говорите мне, что этот монстр справился с задачей разморозить того мага.
— Вставай. Сегодня добавится ещё одна тренировка, уже с Сейрой, поэтому нашу проведём пораньше.
Открыла один глаз, за окном только-только забрежили первые лучи солнца, а это означало, что поспать мне дали слишком мало для того, чтобы быть в хорошем настроении. Перевернулась на другой бок, рядом недовольно заворчал фамильяр, на которого я случайно шмякнулась сверху.
— Магия восстановилась? — похоже, что Фенрал уже был в курсе нашего разговора с Альбертом, в котором я поведала о своих злоключениях и пояснила, как выбралась из камеры.
Неоднозначно угукнула в ответ, укрывшись одеялом с головой. Я намеревалась забыть о всяких там Фенралах, тренировках и выспаться.
— Ох, ну, какая неблагодарная девица, — театрально вздохнул он и самым наглым образом стянул с меня одеяло, бросив его, судя по звуку, куда-то на пол.
Сначала я приуныла конечно от такого напора и желания меня обучить, но затем демонстративно зевнула, показывая всем своим видом, что никому не удастся лишить меня права на сон. Живность под боком также недовольно и сонно зафыркала.
— Вчера хорошо время провели, да? — скорее утвердительно, нежели вопросительно сообщил Фенрал, затем схватил мою ногу и с абсолютно равнодушным видом потянул меня с кровати, я только и успела, что уцепиться за изголовье. — Ты же не обижаешься за мою маленькую вчерашнюю шалость? Всё во благо обучения и работы. Простишь, да?
— Конечно прощу, о мёртвых либо хорошо, либо никак, — пожала я плечами, насколько это было возможно в той позе, что я находилась.