— Сердечно признательна. Невозможно воздать в полной мере мою благодарность твоему великодушию и щедрости. Теряю сознание от испытываемого уважения и почтения. Эй, чего улыбаешься? Я знаю наверняка, кто отдал приказ Фенралу о таком типе тренировки, так что просто так это с когтистых лапок тебе не сойдёт, — и руки на груди скрестила, и взглядом пытливым смерила, и бровь изогнула, пусть в полной мере осознает свою вину.
— Сдаюсь, сдаюсь, — шутливо ответил он, а сразу после каким-то слишком шустрым и неуловимым движением для своего уставшего и измученного вида переместился с кресла на кровать, сгрёб меня и обнял, довольно улыбнувшись.
От подобных неожиданных манёвров я была незащищена, лишь успела дёрнуться для побега, но меня отловили, вернули на место, ещё и магию паралича сверху накинули.
Злюсь так, что аж попа горит.
Однако припекает как-то уж больно сильно. Мать моя женщина! Кровать пылает! А я тут лежу в эпицентре, скованная заклинанием.
— Ну, чего ты так нервничаешь? — спросило начальство с излишней флегматичностью, но он всё же сделал пас рукой, от которого пламя мгновенно погасло, а затем придал кровати свежий нетронутый огнём вид.
— Ты не волнуйся столь сильно, мне всё равно нужно лечение закончить, а близкий контакт благотворно влияет на…
"На результат?" — проскочила мысль.
— … на хорошее настроение целителя.
Чувствую, что пылать сейчас будет весь дом.
— Устраивайся поудобнее, нам нужно поговорить, потом задашь вопросы.
У меня были некоторые претензии к предложению перелечь так, как мне нравится. Кое-кто, кажется, забыл, что пошевелиться для меня не представлялось возможным, но моё недовольное пыхтение было воспринято иначе.
Альберт продолжал лежать на спине, а меня по-хозяйски прижал поближе, уложив при этом голову себе на плечо. Мою руку он расположил у себя на груди, а затем, поразмышляв немного, ещё и закинул мою ногу себе на бедро. Жить ему явно надоело.
— Ты уже наверняка слышала, что Империя поделена на сектора, каждый из которых соответствует стороне света. Есть ещё центральная армия, которая находится под непосредственным управлением императора. Нас принято именовать главнокомандующими, но мы же предпочитаем себя называть хранителями. Всего, как ты уже поняла, существует пять драконов-хранителей, включая императора. Сегодня жизнь во Флоране течёт размеренно, со своим своеобразным укладом, бытом и повседневной рутиной. Однако это спокойствие достаточно хрупкое. Многие проблемы были решены с приходом хранителей в эту страну, но не все. В частности, появление человека, которому Фортуна предлагает должность помощника одного из хранителей, всегда знаменует собой образование стихийного разлома между мирами. В нашем случае, это означает, что через три месяца будет вторжение в западных землях.
— Ты поэтому пытался от меня избавиться, запихнув в ту дурацкую академию? — я и не заметила, что заклинание спало, однако позу мне бы совершенно не хотелось менять. Вновь попав под немыслимое очарование дракона, тихонько замерла в его согревающих и успокаивающих объятиях.
— Нет, не поэтому, твоё решение было не столь судьбоносным. Фортуна ещё кого-нибудь предложила.
— А почему тогда?
Альберт медленно водил кончиками пальцев по моей руке и отчего-то молчал.
— Обычно на эту должноть назначается более подходящая кандидатура — военные из других миров, тренированные маги, опытные бойцы, местные стражники, в конце концов. Именно ограниченность в сроках твоей подготовки подгоняет и заставляет выбирать в отношении твоего обучения не самые гуманные способы. Но, поверь, они наиболее эффективны. Ещё вчера утром ты фонтанировала магией, не осознавая, что творишь, а уже сегодня твой контроль усилился. Хотя поджечь кровать, на которой ты лежишь под действием заклинания на оцепенение… ну, такое себе решение проблемы, на мой взгляд.
В целом, он, наверное, всё же прав, хотя на методы этих двух садистов (в теории четырёх) моя тонкая душевная организация готова была обидиться в любой момент.
— Для меня также важно понять, что ты такое, — продолжил нахмурившийся Альберт.
— С этого места поподробнее, всмысле, "что я такое"?
— Тех, кто владеет сильной магией, можно условно классифицировать. У каждого есть свои сильные и слабые стороны. Знать достоинства и недостатки каждого из вас — важный аспект для распределения ролей в бою, а потому является первостепенной задачей для меня, как вашего командира. Даже у хранителей есть ограничения.
— Так, это поняла. А со мной что не так?
— А ты пока вне этой категории. Не ведьма, не валькирия, не дракон, не титания, не фурия, не чародейка, не друид, не демонесса, не жрица, не стихийница… Есть что-то от каждого из этих вариантов, но пока что все отпали.
— И какой ваш дальнейший план? — спросила я хриплым сдавленным голосом, представляя все круги ада, на которые неутомимые экспериментаторы с богатой фантазией готовы обречь моё бренное тело в дальнейшем.
