— Куда ты намерена отправиться, когда мы отсюда выберемся? — осторожно поинтересовался Тей.
Девушка знала, какой ответ тот ожидает получить. Рыцарь все еще надеялся, что она согласится на его давнее предложение отправиться в храм рыцарей Рен.
— Разве после твоего предательства рыцарям не придется спасаться бегством и скрываться от Первого Ордена? — спросила она задумчиво.
В этом случае им было бы опрометчиво лететь прямиком в ловушку. Наверняка, первое среди мест, где Сноук станет искать беглого рыцаря — это Малакор.
Тей, однако, покачал головой.
— Друзья не имеют никакого отношения к нашему побегу. Их присутствие в храме — словно ничего и не случилось — будет лучшим доказательством их невиновности перед Верховным.
— Но нас там могут выследить?
— Не думаю. Слишком очевидно, что мы туда направимся. А о самой простой цели вспоминают всегда в последнюю очередь.
«В этом есть смысл», — заключила Рей. Она чувствовала, что должна последовать за Теем — не для того, чтобы помочь осуществиться его амбициям, а лишь потому, что память об отце ведет ее этой дорогой. Если она — тоже Рен, то ее место в храме на Малакоре. Только там она сумеет окончательно отыскать ключ к своему прошлому.
Ей безумно хотелось, позабыв обо всем, лететь на Эспирион. Снова увидеть друзей, вновь оказаться в нежных руках генерала Органы; наконец, предупредить Сопротивление о том, где на самом деле скрывается их главный враг. Но долг перед самой собой велит ей поступить иначе.
Рей обещала себе, что отправит Лее сообщение тотчас же, как только они окажутся в безопасности и смогут пользоваться внешней связью без опасения быть обнаруженными. Если останутся живы.
— Обещай мне, что ни ты, и никто из рыцарей никогда не сделаете меня пленницей, — потребовала Рей, намеренно придавая суровости своему голосу.
Она не собиралась повторять ошибку Бена Соло. И своего отца, видимо, тоже. Она только что миновала капкан, расставленный вездесущей Тьмой, и не желала вновь туда угодить.
— Обещай, что я смогу покинуть храм, когда пожелаю.
Тей только вздохнул.
— Не было еще ни одного случая, когда кто-нибудь оставил храм и наш орден добровольно, — по крайней мере, он не пытался ее обмануть. — Но я могу дать тебе слово, что сам не стану тебя останавливать.
Рей была благодарна ему за честный ответ, хотя и не развеявший ее сомнений.
Еще с минуту она молчала, упершись взглядом в мигающую кнопку навигатора, который извещал об окончании расчетов и о том, что судно готово к новому прыжку. Девушка задумчиво кусала губы, теребя прядь волос у левого уха, и горячо размышляла.
Наконец, ее плечи нервно вздрогнули — и Рей пришла в себя. Сперва необходимо выбраться отсюда. Попытаться уцелеть в жестокой карусели Ядра и не угодить опять к Сноуку. А уж дальше будет видно.
— Как бы то ни было, спасибо тебе за помощь, — Рей смущенно опустила взгляд, внезапно осознав, что ей следовало сказать эти слова уже давно.
Рыцарь вновь ответил ей улыбкой.
Девичьи пальцы уверенно коснулись нужной кнопки — и шаттл вновь растворился в гиперпространстве.
Комментарий к XXX
Наконец-таки пнула себя как следует и вышла из посленовогоднего ступора.)
* Да, подразумевается тот самый храм ситхов, где происходит финальная разборка второго сезона сериала «Повстанцы».
* Убезийские маски и шлемы с модификатором голоса носили разбойники из системы Уба. Одну из характерных убезийских масок использует Лея на Татуине, чтобы вызволить Хана Соло. (Только не говорите, что подобная аналогия пришла в голову мне одной).
* Отсылка к «Отголоскам», где эти же самые слова произносит один из приверженцев секты «Аколиты Потустороннего».
========== XXXI ==========
«Вы несомненно влюблены, Соло…»
Нет, это было совершенно невероятно. Кайло не мог поверить, принять для себя эту нелепую мысль — а с подачи Диггона, так особенно нелепую. И все-таки вновь и вновь возвращался к ней, сидя в одиночестве за плотно запертой дверью своей камеры, и очень скоро понял, что иначе у него попросту не выходит.
Он не мог поверить. Однако возможно хотел верить в это. Слова разведчика разбередили в нем что-то тайное, скрытое доселе в самой отдаленной и сумрачной части души. Казалось, Диггон по воле судьбы, стреляя наугад, попал в самую точку, прямо в сердцевину — так что иной, даже хорошенько прицелившись, не сумел бы повторить этот выстрел.
Влюблен?
