… С тех пор прошли годы — целый десяток лет. Девочка часто вспоминала своего знакомого, но только как безымянного принца из собственной детской сказки, которого она, вероятнее всего, сама себе вообразила. Возможно, ей было даже проще свыкнуться с тем, что пережитое некогда приключение — это только плод ее фантазии. И изумительный корабль, и молодой человек на его борту — человек, который обошелся с нею так, как до него еще никто не обходился. За исключением разве что старой Марши, которая пристроила девочку на работу к Ункару Платту, или прохвостки Деви — но реальность этих людей не вызывала сомнений, девочка видела их в лавке изо дня в день. Они — из местных, с такими же обожженными на солнце пустыни чахоточными лицами, что и у большинства обитателей Ниима, в них не было ничего необычного.
Иной раз человеку проще убедить себя, что он всего-навсего видел причудливый сон, чем поверить в невозможное. Каждый раз с той поры, как она провела ночь на «Нефритовой сабле», девочка спрашивала себя: было ли это взаправду?
День за днем окружающая реальность все больше перевешивала, пока девочка окончательно не уверилась, что случившееся с нею чудо — не более, чем вымысел. Она не узнала имени своего неожиданного друга и не сохранила никакого доказательства, что «Сабля» в самом деле существовала. Теперь она готова была проклясть саму себя за то, что побоялась принять коробку с деталями, которые после могли бы разрешить ее сомнения. Но она этого не сделала — и вероятнее всего, интуитивно, чтобы не разрушать иллюзию сна. Какая-то часть ее сознания уже тогда знала, что девочка просто спит и видит то, о чем лишь мечтает в течение дня.
Вот еще одно доказательство, что того юноши не могло существовать: он был учеником джедая. А джедаев в галактике уже давно никто не видел.
Подрастая, девочка, разумеется, узнала о Люке Скайуокере, однако большинство обывателей было уверено, что это не более, чем легенда, передаваемая заезжими контрабандистами и пиратами — последний джедай, способный возродить древний орден.
Девочка тоже стала думать, что времена джедаев давно прошли. Так полагало ее общество, и так полагала она сама.
В силу названных причин она так и не упомянула об удивительном знакомстве ни в своих записях, ни в разговорах с кем-либо — оно превратилось в призрачное воспоминание. От прежнего озарения счастья, которое они оба когда-то испытали, остался только легкий налет, только слабое ощущение, подобно тому, как из памяти постепенно выветривается доброе, прекрасное сновидение. В дневник же девочка заносила только реально существующих людей. Она опасалась излишне предаваться мечтам, хотя именно мечтами и жила до сих пор.
Потом она вовсе бросила вести записи. Однажды в ее жизнь вторгся забавный, шустрый и веселый BB-8. А затем и Финн. И Хан Соло — желанный отец, дарованый судьбой и отнятый злой волей практически тотчас. И По Дэмерон. Настоящие друзья из плоти и крови. Верные, преданные, способные сделать ее счастливой одной своей улыбкой, одним только своим вниманием. Таких простых и искренних отношений с другими людьми она хотела всегда — быть кому-то нужной и просто получать удовольствие от общения.
Она узнала, что джедаи — это вовсе не выдумка, и что Люк Скайуокер существует на самом деле. Еще ей стало известно, что с некоторыми джедаями лучше не встречаться.
Но вот, она на борту звездного крейсера Первого Ордена «Хищник», который только пару часов назад вышел на орбиту неизвестной планеты, названия и местоположения которой окружающие опасались называть даже в мыслях. Очевидно, они были знакомы с Кайло Реном, и не питали иллюзий по поводу чувствительных к Силе, вблизи которых твои мысли вовсе не являются надежным укромным уголком.
Генерал Хакс ожидал вестей от Верховного лидера. Пленница готова была поклясться, что чувствует, как дрожат его губы от напряжения, как Хакс то и дело утирает взмокший лоб краем платка.
Ее освободили из заточения внутри золотистого энергетического луча и, сковав руки за спиной, оставили одну.
Она слышала звуки R2, который все это время находился в одной с нею камере. С вмонтированным удерживающим чипом — словно посаженный на цепь. Дроид напоминал о своем присутствии, видимо, для того, чтобы поддержать, и Рей, улыбаясь, наклонилась к его куполообразной голове, нечаянно касаясь лбом каких-то кнопок. В этот момент, как ни удивительно, она не испытывала страха. Дух Скайуокера с нею — и он обещал, что не покинет ее.
В силу неведомых обстоятельств голографический проектор R2 вдруг ожил — и началась странная карусель, сплошная мешанина старых записей. Большинства людей, запечатленных в памяти этого дроида, невольная зрительница ни разу не видела, хотя одна расплывчатая картинка — молодая женщина в белом одеянии — заставила девушку подумать о генерале Органе — в то время, когда та сама была в возрасте Рей.
