Говорят, первая пролитая кровь не забывается никогда. Убийство всегда ложится на душу чудовищным грузом, и тот, кто однажды забрал жизнь у другого разумного существа, тот однажды непременно заберет и еще одну. Но Кайло вовсе не запомнил погубленного им магистра — он помнит только себя, окруженного славой и обожанием, перемазанного чужой кровью, сияющего звериной улыбкой и как бы запьяневшего. Помнит, как, ухватив и раскрыв пошире имперский штандарт, который висел рядом на стене, в порыве торжества поднятый на руки шестеркой верных друзей, принялся произносить горячие речи о том, что дело его великого деда живо, пока жив он сам, верный потомок Вейдера. О том, что орден Рен — отныне его священная вотчина, что Верховный лидер — нареченный отец рыцарей, но он, Кайло Рен — это их душа. А еще о том, что первейшая цель, так и не достигнутая Дартом Вейдером — это окончательное уничтожение джедаев.
Это его собственная инициатива, к которой Сноук практически не приложил руки — по крайней мере, Кайло в это верит. Он не желает дожидаться конца обучения. Нет, он принесет меч Скайуокера и его голову к трону Верховного лидера прямо сейчас!
Он не отдает себе отчета в том, что истинное его стремление — всего лишь вновь увидеть Скайуокера. Взглянуть в глаза былому наставнику. Показать ему, каких высот внезапно достиг преданный им падаван; тот, кого родной дядя так и не осмелился посвятить в джедаи. Новый магистр рыцарей Рен — и это менее чем за год! Он сумел махом взлететь на самую вершину, минуя длинную, сложную иерархию в ордене.
Юноша так гордится своим достижением, что почти не задумывается о том, какую роль в его внезапном величии играет имя Вейдера, которое он бесстыдно использует для собственных целей — а ведь именно эта роль является основой всего.
Его горячая речь выливается кровавой потасовкой, в которой поклонники юного магистра, руководимые шестерыми ближайшими его друзьями, сходятся с теми, кто не желает признать главенство Сноука.
Ту схватку Кайло тоже помнит довольно смутно; единственное, что четко откладывается в его памяти — это девиз, который то и дело выкрикивали рыцари, стоявшие за него. Они кричали: «Вейдер жив!»
Когда все окончено, и Кайло, безоговорочно добившийся лавров магистра, церемониально шествует через полный мертвых тел амфитеатр под темным треугольным куполом навстречу своим приверженцам, он подмечает труп прежнего главы ордена, лежавший в паре шагов от него — и довольно скалится: «Ну что? Достоин теперь новый ученик Верховного лидера собственной маски?»
Их семерка нападает на храм джедаев на Явине. Другие сражаются со старшими учениками, проливая их кровь, но сам Кайло рыскает повсюду в поисках гранд-мастера. Ему, однако, суждено отыскать только старого проповедника, который гостит в храме в ту пору.
Уцелевшим юнлингам предлагают примкнуть к ордену Рен и тем самым сохранить свои жизни. Ни один из них, впрочем — как ни малы и ни пугливы эти малые дети — не идет на предательство.
Омыв свое новоприобретенное величие в детской крови, Кайло осознанно повторил самое низкое и отвратительное деяние Вейдера; один из тех поступков, которому немыслимо даже пытаться найти оправдание. Хотя внук совершил его вовсе не с той одержимой яростью, как в былое время дед, это не меняло сути. Даже напротив, только умножало ответственность Кайло, поскольку он пребывал в более ясном уме и руководствовался исключительно честолюбивыми помыслами.
С той поры Кайло не давали покоя два неразрешенных вопроса. Во-первых, куда делся Люк Скайуокер? И во-вторых, как Лор Сан Текка, не чувствительный к Силе, давно его не видевший, сумел узнать бывшего Бена Соло за непроницаемой маской, которую тот ни разу не снял? А то, что проповедник все же узнал его, было несомненно.
Дальнейшие годы протекают для магистра рыцарей Рен в заботах ордена, в учении и медитации на фоне блистательного возрождения Империи. Мишура светских раутов выцветшей имперской аристократии, на которых провозглашенный наследник Вейдера обязан присутствовать хотя бы время от времени, чередуются с картинами теневой жизни военной диктатуры — с допросами и казнями, о которых Верховный лидер говорит, как о необходимых уроках жестокости.
Сноук прощает Кайло дерзостное самоуправство, проявленное на Явине, довольно легко. Вообще-то Верховный не привык спускать промахов своим подчиненным, однако он понимает, что новый его любимец действовал все же согласно указаниям учителя, хотя и обидно поторопил события. К тому же, нельзя сказать, что парень совсем провалился. Так или иначе, он исполнил то, что от него требовалось, подчинил себе зарвавшихся рыцарей — чего ж еще?
Единственное, что омрачает триумф молодого магистра — то, что именно его поспешность позволила Скайуокеру уцелеть. Это обстоятельство Верховный лидер подчеркивает особо. Сумев избежать расправы по воле случая, последний джедай пустился в бега, а пока он жив — и сам орден джедаев нельзя считать окончательно побежденным.
