Как-то раз он горячо спрашивает у своего нового наставника:
— А как же первоочередные ценности Света? Как же любовь, сострадание, милосердие, вера, свобода — все то, что джедаи клянутся защищать и множить?
Ему думается, что всякий ситх должен лишь посмеяться над этими истинами, не принимая их всерьез. Однако Рэкс отвечает вполне серьезно, без иронии и без неприязни в голосе:
— К несчастью, не все так просто, как кажется, мой юный ученик. Каждое из названных тобой проявлений человеческой природы восхитительно снаружи, но отвратительно по своей сути. Эти чувства соблазняют и искушают душу своей естественной — на первый взгляд — чистотой, своей изысканной легкостью, хотя зачастую ведут отнюдь не к Свету. Испокон веков они служат прямой дорогой к нарушению равновесия, к которому стремится великая Сила. Джедаи не утруждали себя подробностями. Они вообще никогда не отличались тонкостью суждений. Твой драгоценный дядюшка оказал тебе великую услугу, когда решил продать тебя мне, — Верховный с удовольствием видит, как юноша зло сжимает кулаки. — Поверь, дитя, ты от этого только выиграешь. — Он делает паузу — Когда-то я, как и всякий человек, был подвержен искушению Света с его обманчивой прелестью. Но жизнь быстро заставила меня спуститься с небес на землю, понять, что к чему. Скажи, мальчик, способен ли ты отличить любовь созидающую от любви, влекущей лишь разрушения? Можешь ли понять, где кроется искреннее сострадание, а где — гордыня; где свобода, а где — преступная вседозволенность? Не отвечай, я и так знаю. Даже мудрейшие не всегда способны разглядеть грань между Тьмой и Светом — настолько она поразительно тонка. Даже один из величайших джедаев за всю историю, магистр Йода, не смог увидеть зерно Темной стороны, растущее в окружении Света. Человеческая природа имеет свойство все искажать своим непроходимым эгоизмом и возмутительной тупостью; своей презренной склонностью к самолюбованию, которую подчас не могут остановить даже страдания души и тела.
— Но я полагал, что все просто, — недоумевает ученик. — Истинной является та любовь, которая способна пойти на жертву.
— На жертву? — Сноук осматривает его снисходительным взглядом. — Нет худшей гордыни, чем гордыня добровольной жертвы, как нет более тесного сходства, чем сходство между алтарем и пьедесталом, между короной и жертвенным венком. Тебе ли не ведать этого, мой мальчик? Не ты ли явился сюда, под сень моей власти, легко поверив, что избранность и жертвенность — это одно и то же, потому что твоей душе, полной юного тщеславия, хотелось в это верить? Запомни важнейший урок, ученик мой. Истинная жертва — это жертва души. То, о чем знаешь лишь ты один. Это способность отдать самое дорогое, чем ты обладаешь, превозмочь в себе искушение любовью и состраданием, помня об опасности этих чувств. Это умение быть твердым, даже если сердце твое исходит скорбью. Истинно Избранным может называться только тот, кто способен не только миловать но и карать, не гнушаясь запачкать руки. Твой дед хорошо это понимал. Именно чувства привели его к ногам Палпатина. И чувства в конечном счете погубили его, величайшего из воинов Силы. Вейдер не сумел убить сына, но погиб сам — и повлек за собой Империю. Невероятный крах целого мира, целой системы военного, политического и жизненного уклада полетел в бездну — вот она, расплата за слабость. За один проступок пострадали сотни тысяч людей. Вот как было некогда куплено избавление для Люка Скайуокера. Можно ли назвать этот путь путем Света?
От подобного рода рассуждений у юноши голова идет кругом, и в его груди вспыхивает страх. Он боится признаться в том, что нечто, кажущееся после наставлений учителя почти запретным, продолжает тянуть его к земле, не позволяя взлететь к тем блаженным высотам могущества, которые дарует Тьма. Именно то, что Верховный называет «притяжением Света», «нарушением желаемого баланса».
Сноук утверждает, что его ученику требуется больше времени уделять медитации, учиться управлять своими привязанностями, но сам юноша сознает, что это — тоска по оставленному позади. Память играет с ним в свою игру. Его воспоминания о доме отравлены ложью и предательством близких людей — оттого вновь и вновь в его душе вместе с тоской рождается неконтролируемый гнев, который юноша вымещает на подвергнувшихся под руку предметах. Он ненавидит себя за этот изъян — за то, что не способен искоренить в душе любовь к тем, кто поступил с ним столь жестоко. Эта обида принадлежит Бену Соло, однако новый человек пока не способен от нее отделаться.
Сноук не скрывает того, какой отдачи желает получить в ближайшем будущем от своего ученика: когда тот будет готов, когда завершит свое обучение, он должен принести Верховному лидеру меч и голову Люка Скайуокера. Навсегда искоренить заразу джедаев в галактике. Покойный Дарт Сидиус, былой наставник Рэкса, так и не сумел достичь этой цели.
