Я поворачиваюсь к раковине и намыливаю ладони, осматривая себя в зеркало. Я мою руки и набираю немного воды на ладони, чтобы прополоскать рот. Вкус рвоты все еще остро ощущается на языке.
— Так как он это сделал? — спрашивает Кинсли.
— Сделал что? — Провожу пальцем под глазами, вытирая подводку, которая начала расплываться.
— Отказал тебе. — Она не отводит взгляда от меня. — Я видела его ухмылку, затем он посерьезнел и быстро ушел. Боже, думаю, это было жутко неудобно для вас обоих, — смеется она. — Мы не должны были заставлять тебя это делать, Сейдж. Я чувствую себя ужасно.
Для того, кто
Проглатывая свое раздражение, я пробегаю пальцами по длинным волосам, приводя в порядок спутанные кудри.
— Он сказал «да». — Я прикусываю губу, чтобы скрыть улыбку.
Но она продолжает, будто не слышала моих слов.
— Наверное, в понедельник в офисе будет неловко…
Эмери обрывает ее.
— Он сказал что? — Она подходит ко мне и становится рядом. В зеркале я вижу странную улыбку, растянувшую уголки ее губ.
— Он сказал «да», — повторяю я. Мой живот скручивает, будто мне снова нужно в туалет, но это быстро проходит.
— Твою мать, — бормочет Кинсли.
— Наша девочка сама себе выбила свидание с самым завидным холостяком в Чикаго, — визжит Эмери.
— Это не свидание, мы просто идем выпить, — напоминаю я ей, пытаясь скрыть свой собственный восторг.
Кинсли стоит ошарашенная и сконфуженная, в то время как восторг Эмери растет.
— О Боже, Боже, Боже. — Она прыгает вверх и вниз. — Когда? Где? Что ты собираешься надеть?
— Остановись! — Я хватаю ее за предплечья, чтобы остановить прыганье. — Я чертовски нервничаю, а ты не помогаешь! — смеюсь я над ней.
Кинсли выходит из своего ошеломленного состояния и присоединяется к нам у раковины.
— Итак, детали, — требует она, и я не могу сказать по выражению ее лица, на самом ли деле ей интересно, или она просто завидует.
Я качаю головой, все еще едва осознавая произошедшее. У меня свидание — вечер за выпивкой! — с Холтом Гамильтоном.
— Я предложила ему сходить выпить, в точности, как вы, ребята, мне и сказали. Было так нелепо, — признаю я, — но он сказал «да». И затем предложил встретиться завтра вечером. Он заберет меня в семь. Вот и все.
Меньше, чем через двадцать четыре часа. Мой желудок снова скручивается, на этот раз от беспокойства.
— О. Боже. Мой! — восклицает Кинсли и начинает подпрыгивать, повторяя недавнюю выходку Эмери. Они такие милые, что радуются за меня, но это всего лишь выпивка. На один раз.
Я вздыхаю, ощущая тревогу.
— Теперь мне нужно домой, чтобы немного поспать.
Эмери смеется.
— Кого ты пытаешься обмануть? Сегодня тебе не удастся поспать.
Должна с ней согласиться. Нет ни единого шанса, что я усну сегодня со всем этим адреналином, бушующим во мне.
Эти чертовы ноги.
Это первое, что я заметил, когда впервые встретил Сейдж. Я думал, что нанимаю обычную фермерскую девчонку со Среднего Запада, однако она оказалась не такой простой. Она была загадкой для меня — все ее аккаунты в социальных сетях закрыты, она не выкладывает своих фотографий. Она почти так же хороша в том, чтобы оставаться невидимкой, как и я, за исключением того, что я плачу людям кучу денег, чтобы скрывать информацию о себе в интернете. Я нанял ее только за глаза и из-за фамилии. К счастью, ее рекомендации идеально подходили тому, что я искал, это облегчило задачу для меня и не вызвало лишних вопросов у отдела кадров о моих мотивах.
А потом я встретил ее. Эти длинные темные волосы и эти чертовы бесконечные ноги. У меня пропал дар речи. Она оказалась не такой, как я ожидал. Высокая и стройная. Добрая и амбициозная. Загадочная и идеальная. Утонченная. Она само совершенство.
Я стою снаружи бара «51» и делаю глубокий вдох. «Какого черта ты творишь, Гамильтон?». Провожу ладонями по волосам. Я не могу пойти выпить с ней. Я знаю, что не должен был соглашаться, но черта с два я бы сказал ей «нет».
— Мистер Гамильтон? — Звук моего имени вырывает меня из собственных мыслей, и я поворачиваюсь, обнаруживая Сейдж и других работников, собравшихся вместе. — Вы кого-то ждете? — спрашивает меня Исайя Гутиеррес. Смотрю на Сейдж, стоящую позади него рука об руку с Роуэном Хансеном.
— Нет. Просто дышу свежим воздухом перед тем, как отправиться домой. — Я возвращаю внимание к Исайе. — Вы, ребята, тоже уже уходите?
— Да, пора. — Он коротко смеется. Его глаза налиты кровью и блестят.
— Ну, что же, надеюсь, вы все насладились вечером, — пожимая плечами, говорю Исайе, пока смотрю на Сейдж.
Их компания начинает идти по улице, громко болтая и смеясь. Сейдж слегка машет мне, когда начинает удаляться, все еще держа Роуэна за руку. Часть меня хочет оттолкнуть его от нее, но другая часть счастлива за то, что она нашла друга, которому может доверять, — стопроцентного гея, слава Богу.
