Солнце теперь низко висело в западной части неба. Так что они точно знали, что идут на восток. Если Эйра была права, они направлялись в Соларин. Если она ошиблась в своем первоначальном размещении, то они окажутся в Опариуме, и тот факт, что короткий путь таким не окажется, уже, в любом случае, не будет иметь значения. Они бы уже проиграли испытание,
Когда последние лучи солнца исчезли, Эйра остановилась, согнулась и оперлась руками на уставшие ноги.
— Как думаешь, нам стоит разбить лагерь на ночь? — спросила она.
— Ты хочешь вернуться раньше всех, верно?
— Да, но…разве они отправили бы нас так далеко, если бы не предполагали, что мы найдем здесь убежище? — Эйра оглянулась на расплавленное небо. Если они собираются разбить лагерь, то им нужно было сделать это сейчас, пока у них еще было приличное количество света.
— Если они такое предполагали, тем лучше. Первопроходцы, скорее всего, будут прятаться от холода, но Несущим огонь остановка вряд ли понадобиться. Они могут освещать себе дорогу в темноте и согреваться своим пламенем.
— Мы не соревнуемся с ними, — без нужды напомнила она ему. Хотя ее мысли блуждали об Элис, проводящей ночь в одиночестве и на холоде.
— Другие Бегущие по воде либо остановятся на ночь, потому что у них нет света, либо продолжат движение, потому что они невосприимчивы к холоду. Ты хочешь рискнуть?
Эйра посмотрела на небо, сегодня было полнолуние. Оно дало бы более чем достаточно света для продвижения. Оставалось восемь Бегущих по воде, но двое покинули испытания. Это означало, что они не могли рисковать, приходя последними. И ничто не звучало более ужасно, чем прийти в Соларин вместе и обнаружить, что осталось только одно выигрышное место.
— Ты прав, мы должны продолжать идти, — решила Эйра.
— Я так и рассчитывал, — сказал он, когда они двинулись вперед. — Если я прав насчет того, как мы срезали путь, мы обойдем другие небольшие испытания по дороге, которые они могли бы нам устроить. Мы должны вернуться в Соларин до рассвета при условии, если будем идти всю ночь.
— Если мы будем идти всю ночь, — повторила она и застонав в конце фразы.
— Ты всегда можешь остановиться здесь.
— Я здесь не остановлюсь.
— Просто предложил. — Он с усмешкой пожал плечами.
— Мы с тобой вместе до конца. — Эйра уставилась в темнеющий впереди лес. Каждое дерево выглядело как предыдущее. Она была благодарна брату за то, что он ориентировался. — Я должна сказать… предупредить… тебя… я знаю, что последним испытанием будет дуэль. Нам придется по-настоящему сражаться друг с другом.
— И чем это отличается от того, когда мы были детьми?
Она рассмеялась над его невозмутимым тоном.
— Мы действительно разнесли кухню мамы и папы в тот раз, когда проявилась моя сила.
— Абсолютно уничтожили ее.
— Не надо быть со мной снисходительным, хорошо? — Эйра посмотрела в его сторону.
— Только если ты поклянешься не быть снисходительной со мной. — Он взъерошил ей волосы на макушке. — Я думал, мы уже договорились — мы хотим честно пройти испытание. — Эйра кивнула. — Кстати, как ты на самом деле получила всю эту информацию?
— Я… — Эйра прикусила губу. — Я вроде как знаю кое-кого, кто помогает организовывать испытания.
— Еще кого-то, кроме дяди Фрица?
— Выше по рангу, чем он.
— Кого? — прошептал Маркус, словно кто-то мог подслушать их внезапно ставшую скандальной дискуссию. — Это был кто-то, кого ты встретила при дворе с Калленом? Он сказал, что вы столкнулись с принцем Ромулином.
— Не принц. Это посол Ферро. Я с ним тайно встречалась.
—
— Нет! Конечно, нет… — Она рассказала ему все так же, как и Элис. Маркус слушал так же внимательно, но задавал гораздо меньше вопросов, чем Элис. Эйра закончила как раз перед своей последней встречей с Ферро, опустив поцелуй.
— Так, значит, он тебе нравится?
— Да, мне так кажется, — сказала Эйра, мягче, чем пастельные тона, которые быстро окрашивались звездной кистью в небе над ними.
— Ты влюблена в него?