Насколько долго может затянуться час, настоль же быстро может пролететь год. В разуме Легкоступенко был полумрак, без света; была метель, без снега; был вой бурь, без ветра; была лишь округлая чреда идей, без малейших заострений.
Дарья пыталась вспомнить максимальное количество имён. Она называла самые наинесуразнейшие имена, которые только приходили ей в голову. Она тратила на это часы и часы времени, отведённого ей до рассвета, но не могла потратить минуты, чтобы понять суть загадки, данной ей.
Элементарность данного ей задания была очевидна даже для десятилетнего ребёнка; специально для Дашиного IQ была разработана эта загадка, но всё равно она была ей не по силам. Никто из
Когда начало светать и лучи ярко-жёлтого светила озарили горизонт, Даша услышала волчье рычание. Только теперь оно звучала из-за ограды, созданной кустарником не в месте входа девушки в центр лабиринта, а в противоположной стороне. Через некоторое время, малая часть «Солнца» показалась на горизонте и, с шелестом, кустарники на входе во вторую часть лабиринта, исчезли.
Через один миг в центр ворвались два огромных волка. Дарья смотрела на них, на их приближение, в их жёлтые страшные глаза, в их полные желтоватых острейших клыков пасти, без сил что-либо предпринять.
«Пожал…» -успела промолвить она, в своём обращении к пустоте, к бездне, к самой смерти…и затем её не стало. Один волк разодрал её живот, из которого вывалились внутренности; второй, подпрыгнув, вцепился в глотку. Дарья упала наземь и была разорвана на части и съедена в течении нескольких минут. На этом состязание для неё было окончено.
Мино́китус. Северо-восточная часть. 12 округ.
Алиса.
Пытаясь отгадать загадку, Алиса невольно начала думать о других участниках. Она переживала, прежде всего, о Тимуре, но и о Сергее и об Олеге задумывалась тоже. Единственный человек, о котором она не задумывалась — а, если бы и задумалась, то мысли её привели бы к тому, о чём не хочет думать ни один здравомыслящий человек, — была Надежда. Никишина стала для Алисы злейшим врагом; человеком, который и гроша ломанного не стоил, но мог натворить целое море бед для окружающих. Она чувствовала от Нади исходящую затаённую злобу не только на себя, но и на всех живых людей…
«Итак, что же „Стареет за несколько часов“? Мухи, цветы? Но вряд ли о них можно сказать что: „Принося людям пользу, убивает себя. И лишь вода иль ветер могут спасти её от гибели“. Что же это такое? Может быть это дерево? Пламя, пожирающее дерево, приносит пользу, убивая себя — давая тепло; так же, подходит и стареет за несколько часов; ну и вода и ветер могут, потушив огонь, спасти древесину» — пытаясь исходить из сухой логики, размышляла Алиса. «Как ответ то дать? Вот что интересно. Писать нечем. Соответственно, нужно сказать? Наверное…»
— Древесина, горящая в огне! — громко сказала Алиса. Никаких изменений не произошло.
'Хм-м… Два варианта: либо ответ неправильный, либо способ его донесения. Что ж, попробуем дальше. Я уверенна что на правильном пути. Вода — явный враг огня. Вода — это жизнь, в то время как огонь — это извечная смерть. Пожирая всё на своём пути, движется он по лесам и полям; по домам и квартирам; по автомобилям и торговым центрам…
Не важно рукотворно ли он создан где-то в лесах Сибири, губернатором Алтайского края для того, чтобы списать спиленную и проданную им древесину, — или появился стихийно, от аномально-высокой температуры воздуха, и уничтожил поля с хлебами и посадки их разделяющие,- суть одна. Огонь-это разруха, смерть, уничтожение всего живого.
Но огонь, будучи контролируемым, дарует и жизнь. Дарит тепло в наши дома, он позволяет людям приготовить пищу, даёт путешественникам надежду на жизнь, сиянием и жаром своим, отгоняя хищников в дикой природе…
Что же в огне умрёт? Всё. Без исключения. Для достижения конечного результата уничтожения любого живого (и не живого) существа нужно лишь правильно подобрать температуру горения и размер пламени.
Но что стареет за несколько часов? Уничтожено — это одно, стареет же — совершенно другое. И: стареет, чтобы умереть или просто стареет и остаётся старым?'
В ходе этой цепочки рассуждений, Алиса начала совсем запутываться. Она закрыла глаза и села на мрачную оранжево-чёрную в свете «Луны», которая вышла на сцену вместо жёлтого «Солнца» три часа назад, — траву.
«Совершенно без паники. Успокоиться и сосредоточиться! Всё хорошо. Никаких условий нет, поэтому, скорее всего, у меня ещё три дня, пока я не начну умирать без пищи и от жажды. Отдохнуть было бы неплохо. Мысли путаются. А что мешает?»
