Мы частенько с ним после этого виделись. Встречаясь у него или у меня на репетиционных точках, мы джемили и обсуждали главный
…Что-то я погрузился в глубины прошлого…
Наших всё нет и нет. Ладно, буду использовать лучший в мире способ «убить время» — поиграю на своём телеке. (к этой записи в дневнике приложен аудиофайл группы «Little island for your soul» под названием «All peoples are brothers with lyrics»)
Маски сброшены, ставки сделаны,
Ясно как день: мы идём по пути одному,
Люди нежились, люди себя лелеяли,
Но лишь Человек смог постичь тишину.
Сколько стараний, сколько страданий,
А смысл сих строк был ведь ясен всем всегда:
Ты не пытайся уйти от испытаний
И будешь побеждать в них такая у тебя мечта?
Да, ты пройдёшь всё до конца. Это ясно!
Но ведь не знаешь: а может быть всё зря.
Может обман всё? Очень это опасно!
Мысли такие постоянно точат тебя.
Тебя не убили, наряду с остальными
Что ж тут опасного может быть, мой друг?
Во всех странах мира людей испепелили
Из вашей лишь группки составив сей круг.
И вот теперь вы сражаетесь на смерть.
Друг против друга, но ты то один — против всех!
Пока существует земли этой твердь,
Ты будешь лучшим и победишь всех без помех!
А что если нет?
В конце прозвучать должен был бравурный марш,
А звучит сейчас лишь похоронный…
Не дожил ты, ведь не знал какой высоты этаж,
Не подозревал, что он фильтрационный…
И отфильтровав, откинув прочь тебя
Как в былые времена щелчком — окурок…
Прошли дальше те, кто слушал лишь себя,
Достав понимание из внутренних шкатулок.
«Little island for your soul»
Часть четвёртая.
Мораль и перевоплощения.
Планета Земля, бывшая территория РФ, Кремль.
Кабинет №65/⅘, 21.02.14, день третий.
— Есть у меня
— Господин генерал-полковник, отец, если я что-то и испытываю к Надежде, то это сугубо моё личное дело, никак не относящееся к общему и никак не влияющее на весь процесс проведения испытаний. Я же почти всегда рядом с тобой и очевидно, что ей я не помогаю и не помогал. Не скрою что мне радостно знать, что кто-то взял её под своё покровительство и подсказывает во время испытаний, но у меня есть подозрение что эти существа, — кем бы они не были, — лишь играют с ней и когда придёт время бросят Надю, словно надоевшую игрушку бросает ребёнок и бежит за новой, забыв о предыдущей в то же мгновение. -всю тираду капитан произнёс на одном дыхании.
— Пока. Пока — да. Я с тобой согласен. Пока ты никак не дискредитировал себя и не был замечен в каких-либо связях с испытуемыми. Кроме
— Конечно, отец. Я всё понимаю, но ничего не могу с собой поделать, к сожалению. Я думаю, что…я думаю, что люблю её. Я никого так никогда не любил, как Надежду Никишину. Она — человек очень тонкого внутреннего мира, который легко может пошатнуться в любую из сторон; именно поэтому она и находится в своём нынешнем положении: её явно склонили к сотрудничеству, пообещав, видимо, неуязвимость в состязаниях… это и удручает меня: она вновь поверила на слово незнакомцам… — боль, звучащая в словах сына, передалась и его отцу, но, немного поразмыслив, генерал сказал так:
