Этот урок Макс Орлов запомнил на всю жизнь и пользовался его плодами ни один раз. Не обладая каким-бы то ни было выдающимся умом, он выходил из, казалось бы, безвыходных ситуаций, когда его уже «прижимали к стенке» и требовали ответить за свои поступки. Он, словно карась из рук, увиливал, выскальзывал и вновь уплывал в свою привычную реку алкогольного дурмана и безответственно плавал в ней, свободный от всяческих обязанностей и понятных многим, человеческих чувств.
Придя в свой любимый пивняк и не обнаружив там своих «корешей», Макс порядком удивился; ещё больше он удивился, когда «тётка Ленка» не вышла к нему на его зов. Он пригляделся повнимательнее и увидел что пивной бар совершенно пуст. В нём нет ни души, кроме самого Максима. Смекнув, тут же, какую выгоду можно извлечь из сложившейся ситуации, Масяня полез в холодильник, взять «пивка». «Если что, я им скажу что звал, но никто не пришёл. А деньги отдам. Наверное», — подумал он, откупоривая бутылку.
Выпив уже 6 бутылок, он порядком захмелел, но в баре так никто и не появился. Макс решил выйти на улицу, для поиска компании. Ему стало скучно. Потребность в алкоголе он удовлетворил, теперь пришёл черёд удовлетворить потребность в приключениях.
Он всё шёл и шёл в сторону реки, но никого не встречал на своём пути. «Эх, сейчас бы Валерку Рыжего сюда, ко мне. Мы бы с ним квасили сутки — это точно. Халява же. Чёрт. Может пойти, набрать бухла с собой…пока халява…хм-м…ладно, может сейчас еще найду кого-то». При этих, медленно ворочающихся у Максима Орлова в голове мыслях, уши его уловили протяжный вой.
Он, после минутного раздумья, решил, что это собаки воют. «Голодные вот и воют. Что тут такого. Да, чуть громче, чем обычно. Наверное голоднее просто, не кормил никто. Нет ведь никого. Хе-хе. Куда же они все подевались?», — разум Максима пытался найти варианты пропажи всех людей, но он особо не заострял на этом внимание. Он искал кого-то, с кем можно вернуться в пив-бар. Его не смущало то, что он прошёл уже 30 магазинов, в которых можно было, так же, взять алкоголь. Хозяев ведь не было и там.
Наконец, то ли мороз, то ли прогулка и свежий воздух, то ли всё в совокупности — сделали своё дело, Максим начал трезветь. А это нехорошо. Будучи трезвым ведь приходится думать. Нужно видеть и принимать окружающий мир таким, каков он есть, а не плывущим в разные стороны…
Поэтому Макс резко развернулся и зашагал в сторону бара. Добравшись к нему и уже сильно отрезвев, он снова услышал вой, который прозвучал гораздо ближе к Масяне. На этот раз Макс порядком испугался. Он решил закрыть дверь в бар внутренним засовом. «Если придёт Лена, она крикнет, я открою. И рассчитаюсь за…вот за эту бутылку», -подумал Макс, беря с витрины бутылку водки подороже. Предыдущие выпитые пивные ёмкости он предусмотрительно выкинул, чтобы не платить за них.
Расположившись в тёмном баре, в котором были одни маленькие окошки на высоте примерно метра два (раньше это было здание токарной мастерской, в которой везде был искусственный свет над станками, когда его переделали в бар, освещение добавили, но окошки не убрали. Их открывали в праздники. Когда было уж очень сильно прокурено), Макс взял нарезанную колбасу с витрины (голод мучал его, несмотря на полученные калории от выпитого), хлеб, майонез и сделал нехитрые бутерброды.
Он так питался всю жизнь: дошираки, пельмени, бутерброды с колбасой, водка, «барбариски», пиво, семечки — вот его основной рацион. Так же он взял рюмочку и наливал себе периодически прозрачную отравляющую жидкость, выпивая её и закусывая тошнотворного вида бутербродами с полу-пропавшей колбасой.
В момент, когда Макс опустошил бутылку, вылив остатки в рюмку и поднял её, уже разговаривая сам с собой и произнося всяческие нелепые тосты, во входную дверь раздался сильный удар. Ему повезло что хозяин бара сэкономил и не стал даже переделывать металлическую советскую дверь из металла 5 мм, с поперечными уголками 50×50мм. Если бы не это и не внутренняя крепкая задвижка (которую уже хозяин установил; дабы продавщица-буфетчица-барменша могла закрываться в 23−00 от назойливых пьянчужек и ей было не страшно иногда ночевать в задней комнате, оборудованной рядом с кухней, в баре), те, кто пытался попасть внутрь, попали бы обязательно. Но, после ещё нескольких ударов, которые не оставили вообще никаких видимых, с внутренней стороны, повреждений на двери, шум утих.
Макс всё это время, пока в дверь
