Однако Мей хватило всего на пять минут. С тихим стоном она скомкала на груди мужа рубашку и властно притянула его к себе. Потом сама нашла губы Косты, чтобы прильнуть к ним со всей жаждой страсти. А затем уже он стиснул жену в объятиях.
Дрожащими пальцами Мей нащупала пряжку на его брюках, расстегнула ее и двинулась через разрез ширинки вниз, безумно желая в этот миг прикоснуться к интимной плоти мужа. Она действовала бесстыдно и самозабвенно, следуя лишь порывам вожделения.
С губ Мей слетел вздох, когда в какой-то момент Коста решительно встал с дивана и потянул ее за руку. Они быстро поднялись по лестнице. В спальне помогли друг другу раздеться. Затем легли в постель и погрузились в пучину страсти. Их любовь была столь изысканна и насыщена такими острыми ощущениями, что Мей не раз хрипло вскрикивала от наслаждения. На гребне удовольствия они с мужем одновременно издали долгий сдавленный стон.
Той же ночью, но гораздо позже, Мей вновь предприняла чарующее чувственное путешествие. Косте пришлось контролировать ситуацию, и он, тяжело дыша из-за наплыва пронзительных ощущений, едва справлялся с этой задачей. В конце концов ему пришлось сдаться, потому что не осталось никакой возможности справиться с оседлавшей его бедра Мей. Она неутомимо двигалась, стремясь утолить телесный голод, который, напротив, все больше разгорался. Наконец обоих супругов пронзила мощная судорога. Мей на секунду застыла, затем громко вскрикнула и без сил упала на покрытую испариной грудь мужа, жадно ловившего воздух ртом…
День начался с моросящего дождика, вскоре перешедшего в проливной. К полудню город задыхался во влажной жаре.
Мей оделась в легкий черный костюм, состоявший из юбки и жакета. Глубокий вырез на груди являл взору весьма соблазнительную картину. Изящество ножек подчеркивали туфли на высоком каблуке и тончайшие черные чулки. Волосы были уложены в тугой узел и закреплены на затылке, драгоценные украшения — сведены к минимуму.
Внешне Мей выглядела как уверенная в себе женщина из высшего общества. И не важно, что под этой маской скрывалась некоторая робость. Посетители ресторана, в который спокойно вошла очаровательная супруга мистера Киприади, ни о чем таком не догадывались.
Мей намеренно опоздала на несколько минут, чтобы показать Франческе отношение к назначенной встрече. Однако итальянка, похоже, решила сыграть в ту же игру, потому что ее нигде не было видно. Метрдотель проводил Мей к заказанному столику. Усевшись, она попросила принести крюшон, а затем медленно пила его, поглядывая на вход.
Время тянулось мучительно медленно. Ожидание увеличило и без того немалое нервное напряжение. Выдержав десять минут, Мей подозвала официанта и сделала заказ. Если Франческа проигнорирует встречу, то следует хотя бы поесть.
— Привет! Прошу прощения, я, кажется, опоздала, — прозвучал знакомый голос. Франческа легко опустилась на стул напротив. — Никак не могла найти место для автомобиля. Знаешь, как сложно иной раз припарковаться…
Если хочешь добиться успеха, сразу приступай к делу, велел Мей внутренний голос.
— Я уже сделала заказ. Учти, в моем распоряжении только один час.
Франческа подозвала официанта, распоряжающегося вином, и попросила принести «Дом Периньон».
— Думаю, это стоит отпраздновать, дорогая, — тонко улыбнулась она, повернувшись к Мей.
— Что именно? — поинтересовалась та.
— Да хотя бы тот факт, что мы можем наслаждаться жизнью. Разве этого повода не достаточно?
— Отнюдь. Особенно, если ты намерена и дальше вмешиваться в мое существование.
Подошедший к столику официант предложил Франческе меню. Пробежав его взглядом, та заказала фирменный салат. Затем тяжело посмотрела на собеседницу.
— Ты еще не поняла, что я всегда иду до конца?
— Очень глупая тактика, на мой взгляд.
Прекрасные глаза итальянки сузились.
— А что ты думаешь о снимках, моя милая?
— Это о тех, которые были кем-то состряпаны? — невинно уточнила Мей. — Или ты имеешь в виду фото, где ты в чем мать родила валяешься на кровати?
Взгляд Франчески моментально стал злым, как у разозленной кобры.
— А в каком, по-твоему, виде я должна была предстать, если Коста только-только покинул мою постель?
— Вот тут ты ошибаешься, милая. Мой муж никогда не был в твоей постели.
Выражение лица итальянки осталось прежним.
— Боишься взглянуть правде в глаза?
Мей наколола на вилку кусочек обжаренного во фритюре картофеля, обмакнула в соус и не спеша отправила в рот.
— Это тебе следует вернуться с небес на землю.
— Фотографии неопровержимо доказывают факты, — стояла на своем Франческа.
Мей взглянула на нее почти с жалостью.
— Брось фантазировать.
Франческа сжала губы в прямую линию.
— Там указана дата. Уж ей-то придется поверить.
— Это спорный вопрос, однако твоя ошибка заключается в ином.
— В чем же, интересно?
Мей выдержала паузу.
— Коста вернулся домой во вторник вечером.
— Не может быть. Номер был занят.
— Совершенно верно. Там остался Андрос. Думаю, ты не станешь убеждать меня, что Коста одновременно находился и в твоей постели, и в моей?
— А как насчет вечера понедельника? — с ненавистью произнесла итальянка.
