«Действительно, подстрелена на лету!» — согласился я, переглянувшись с женой. Не стали разочаровывать Ларису Матвеевну, что, к сожалению, не мы вытолкали Вонибергер. «Ладно, побегу, если что узнаю, приду к вам», — пообещала Лариса Матвеевна.
«Кокиш к нам, — сообщила жена, — хочет с тобой поговорить». — «Доктор, вы оказались правы! Ну и дрянь — эта Вонибергер! И ещё вонючая, к тому же! Вы разнюхали, как потом от неё прёт?! Как от обезьяны!». — «Разнюхал, но вы ведь убеждали меня, что она прекрасно пахнет». — «Нет, нет, воняет, и ещё как! Но самое главное, эта дрянь решила Петера увести! Я их застукала сегодня утром, обнимающихся у него в кабинете! Она его обнимала, а он не сопротивлялся! Вот подлец! Вот почему, оказывается, он её привёл! Не для вас, оказывается, он её привел, а для меня!». — «А вы думали, что для меня?». — «Ну да, он мне так и объяснил: чтобы вы не зазнавались, чтобы монополией не владели! Вот, подлец, что задумал: меня на неё заменить! Ну ничего, я и с ним рассчитаюсь! Я собираюсь в Арабские Эмираты через две недели, и кто его знает…..! Там богатые арабы есть! А эту дрянь я уже уволила и ему сообщила, а он, подлец, смеётся, сказал, что вы будете довольны. Я это и для вас тоже, доктор, сделала! Ещё, знаете, надо угробить эту Фресснапф! Вы мне, думаю, поможете! Мы победим, доктор!».
«Никогда не знаешь, откуда беда придёт и куда уйдёт!» — философски заметила жена.
«Заводи больных!» — согласился я.
«Кудра!» — назвалась долговязая сорокадвухлетняя блондинка с заплаканными глазами: выступающие скулы, сухое лицо — хороший череп для студентов мединститута. Поступила в клинику два дня назад: депрессия, угроза самоубийства. Неделю назад партнер покончил жизнь самоубийством: у неё в квартире повесился. «Пришла с работы и нашла его висящим в дверном проёме. Я виновата, я его убила!» — причитала фрау Кудра. — «Почему вы? Он сам себя убил!». — «Нет, мы поругались накануне, и я его прогнала!». — «Значит, была причина?». — «Моя мать мне до сих пор говорит, что я никчемная и ничего в жизни хорошего не достигну! И он то же самое мне сказал!». — «А с первым мужем, что случилось?». — «Я его тоже выгнала». — «Почему?». — «Потому что он никчемный был, как ребёнок, а я всё за него делала!». — «Значит, это не вы никчемная, а никчемных мужчин себе выбираете!». — «Но зачем он повесился у меня в квартире?!». — «Чтобы вас наказать!». — «Как наказать?!». — «Чтобы вы мучились!». — «Но он же сам себя наказал!». — «Некоторые люди таким образом наказывают близких! Он хотел, чтобы вы всю жизнь мучились — он эгоист! Самоубийцы одновременно и убийцы: убивают себя, когда других не могут и агрессию направляют против себя! Мог бы, убил бы вас!». — «Ах, вот оно что! А я как-то об этом и не думала!». — «А что вам говорит ваш психотерапевт?». — «Советует поскорее забыть это и начать жить сначала: ходить на танцы, гулять и не общаться с мамой. Мама ведь виновата!». — «Почему?». — «Она меня такой воспитала, а он похож на мою маму! Но то, что вы мне сказали, это для меня полная неожиданность! Он, действительно, был эгоистом и хотел меня наказать! Но зачем он это сделал у меня дома?! И мои дети от первого мужа его первыми обнаружили, это ведь так ужасно!». — «Ладно, сейчас ничего не изменишь! Каждый сам распоряжается своей жизнью!». — «Но я могла бы его уберечь!». — «Нет, если человек решил, то он это и в клинике сделает!». — «Значит, вы думаете, что я не могла его уберечь?». — «Нет». — «Но всё равно, это ужасно!». — «А как вы себя физически чувствуете?». — «Голова болит». — «Ложитесь, после акупунктуры и гипноза будет легче!». Проспав около часа, фрау Кудра, выглядела повеселевшей и спокойной. «Я всё время думала над вашими словами и согласна с вами: он меня хотел наказать — он эгоист!».
«Зачем ты это сделал?» — засомневалась жена в правильности моей тактики. — «Я, как ты знаешь, всегда на стороне пациента, как адвокат, каким бы негодяем он не был! Я обязан его воспринимать таким, каким он является, не осуждая, давать ему возможность самооправдания, совершить сделку со своей совестью. Каждый этого хочет, и надо ему в этом помочь. У неё далеко ещё не всё завершилось! Она ещё не раз будет плакать — каждый раз при очередной неудачной попытке новых связей будет плакать, потому что его поступок будет для неё доказательством его истиной любви и её потери!». — «Зачем же ты его в плохом свете выставляешь?». — «Конечно, я могу и её довести до самоубийства, сказав: “Вы виноваты! Вы убили человека!” Но свою задачу, как психолога, я вижу не изменить человека, а помочь ему в кризисной ситуации! Конечно, её мама виновата, но не в воспитании, а в том, что родила её такой! Пусть себе такой и гуляет! А, кавалеры, — берегитесь вдов! Они уже одного убили!».
