Давно не бывал я в этих краях! Как представителю «китайских мандаринов», мне было необязательно на эти сборища по психотерапии ходить, поэтому ради экономии времени не ходил! Ходил только, если кому морду набить или что-либо важное рассказать, что в моей терапии произошло! Народ как бы возбудился! Чувствовалось, всех волновала китайская медицина! «Не понимаю, как можно в серьёзной клинике деньги у пациентов выманивать?! Везде лежат листовки с расценками: банки — 15 евро, акупунктура — 50, массаж — 20, травы — 100, таблетки из лекарственных трав 70 евро за 50 таблеток! — высказался новый психолог Фридрихсен, и обратился ко мне: — А что вы думаете по поводу этих трав и таблеток?». И Цаплик тоже был здесь и помалкивал, вернее, сам с собой разговаривал. Он всегда, только с собой общался, иногда даже «про себя» — себе улыбался, да так, что казалось — плачет! Иногда, что-то себе говорил, но практически никогда другому! И, как всегда, сидел у двери в кабинете Гудрун, которую до сих пор и, скорее всего, навсегда боялся! А она, лишившись Дегенколба, нелюбимая у Пети, потому что не откликнулась на его любовные призывы, стала мне «почти другом»: спрашивала как дела, и о своих новостях рассказывала, стала иногда прорываться ко мне в кабинет, что-либо рассказать, а главное, поругать Цаплика. Она не догадывалась, что это я её затормозил, не дал Пете, в своё время, Цаплика убрать, а её повысить, а так в этом качестве — оппозиционера она была «приятнее» и менее опасная. А она, в свою очередь, как мне Петя поведал, была против того, чтобы я в конференциях руководства участвовал! Взаимное уважение и любовь, как оказалось, со счётом 1:1, но мой «гол» был весомее! Я её власти лишил, а она мне помогла сохранить нервы и время — не ходить на конференции руководства! Большая «честь и удовольствие» — каждый день в 12 часов с Петей общаться, и его еще при этом выслушивать!
«А как вы, как ведущий врач ТКМ относитесь к этим китайским травам и таблеткам?» — повторила вопрос психолога Пусбас. «Плохо отношусь! — охотно ответил я, что заставило Цаплика вздрогнуть и даже проснуться. — Это ничего общего не имеет с классической китайской медициной! Готовые таблетки даются всем и от всего одинаковые, как в старом советском анекдоте, решил я объяснить его смысл: — Приходят двое больных к врачу: один с болями в животе, другой с головными болями. Врач разламывает одну и ту же таблетку на две части, и даёт одному — половину таблетки и другому — половину той же таблетки!». — «Ну и что?» — спросила команда. Пришлось пояснить, что имелось в виду в этом «мудром» анекдоте: «Если лечить китайскими травами, то во-первых, это нужно делать легальными травами, проверенных на пестициды, тяжёлые металлы и из немецких аптек! Врач выписывает больному рецепт, и тот в аптеке получает это в виде порошка или отвара, или настойки. А то, что у нас происходит: во-первых — незаконный промысел, во-вторых — опасно и, в-третьих — искажение всех принципов китайской медицины!». — «А что делать?» — спросили у меня и посмотрели все на Цаплика, который уже снова отсутствовал, и что-то интересное стал сам себе рассказывать.
«Он невозможный — этот Фу! — пожаловалась после конференции мне Гудрун. — Он пристаёт ко всем больным, отвлекает их от психотерапии, ведёт с ними какие-то беседы во дворе! Вчера прибежал к медсестре в сестринскую спросить, можно ли ему больного птичьим гриппом иглами лечить! Он всех переполошил! Я рассказала это Шнауцеру!». — «А тот?». — «Вы за него отвечаете, как зам. главного врача, на то вы и здесь! — ответил он. — Почему я, а не ведущий врач по китайской медицине?!» — спросила я. «А, он?». — «Ничего не ответил. Почему он вас отстранил от ваших обязанностей?!». — «Где Фу “откопал” птичий грипп? — вместо ответа на её риторический вопрос, спросил я и за неё ответил: — Диагнозы он ставит по телевизионным сообщениям из Китая! И чувствуется, очень “знаком” с правилами эпидемиологии и санитарных мероприятий». — «Зачем он нам нужен? Он нас только втянет в неприятности!» — вновь риторически спросила Гудрун. «Он нужен Шнауцеру для выравнивания его пошатнувшегося нарциссического равновесия! Фу сейчас для него — фрау Кокиш!». — «Как?! Шнауцер гомосексуалист?!» — поразилась Гудрун. «Нет, он “би”!» — «Это как?!». — «Это т. н. заместительное мужеложество! Ну, и вообще, мы же не знаем, кто на самом деле Фу?! Может, он транссексуал или лесбиянка?! Или просто — китаец, попавший в беду в зоне Европейского Союза! Каждый зарабатывает, как и чем может!». Если что-то новое будет, обменяемся мнениями, договорились мы с Гудрун.
