— В некотором роде. Он знал, что ты принесёшь ему трезубец, но не мог просто забрать его у тебя. Ему нужно было, чтобы ты отдала трезубец добровольно. Его план состоял в том, чтобы сделать тебя королевой, чтобы ты потеряла бдительность и дала ему то, что он хотел, но он не мог просто объявить тебя королевой Каэриса.
— Эти Сирены… значит, они были всего лишь пешками в его извращённом театре.
— Возрождение Испытаний Сирен дало жителям Каэриса повод для радости, но не было бы другого победителя, кроме тебя.
— Аэнон. Твой отец сошёл с ума. Он говорил о пророчестве, рассказал мне историю о Сирене, которая хотела петь для Богов. Я не поверила ни единому слову из этого.
— Может, тебе стоит поверить. Сам по себе трезубец является доказательством того, что пророчество имеет какое-то значение.
— Значит, это правда? Я погублю Летних Фейри?
Он покачал головой.
— Возможно, тебя это удивит, но я не верю в судьбу. Я верю, что мы сами творим свою судьбу. Спасительница или разрушительница… выбор за тобой, Кара Шоу.
Я посмотрела на его сестру, на прекрасную, бессознательную амазонку с каштановой косой.
— Я не хотела причинить ей боль.
— Она будет жить… но вы не можете здесь оставаться.
— Если позволите, я вступлю в разговор, — сказал Блэкстоун. — Я не уверен, заметили ли вы, но моя взбунтовавшаяся команда сбежала с моим кораблём, так что мы застряли, не имея возможности покинуть этот подводный снежный шар.
— Я могу помочь вам выбраться из Каэриса, — сказал Аэнон. — Пойдёмте со мной.
Аэнон бросился бежать. Блэкстоун пожал плечами, глядя на меня, и последовал за ним. Делора, казалось, не знала, куда ей смотреть. Я видела противоречие в её глазах, сложность стоящего перед ней выбора. Оставить позади всё, что она знала, всех друзей, которых она когда-либо заводила, всех, кого она когда-либо любила… или остаться и встретить гнев короля лицом к лицу, как только он обнаружит, что мы сбежали.
Если, конечно, мы вообще сбежим отсюда.
— Я никогда не бывала за пределами Каэриса, — сказала она, мрачно глядя в землю. — Я не уверена, как выглядит этот мир.
Я подошла к ней и положила руку на плечо.
— Знаешь что? — сказала я. — Я могу тебе посочувствовать. Но мы здесь, чтобы помочь тебе приспособиться, и я думаю, у тебя все получится.
Делора кивнула, затем повернулась, и мы обе побежали за Аэноном.
Принц Каэриса повёл нас вглубь складского района. Я слышала, как вокруг нас кричали люди; стражники, вероятно, искали нас. Они не знали точно, где мы находимся, а это означало, что нам приходилось пригибать головы, пробираясь по узким коридорам, заставленным ящиками и грудами ресурсов. Ещё через несколько минут бега Аэнон остановился у двери в складское здание.
Блэкстоун думал, что он вот-вот заведёт нас в ловушку, но когда Аэнон открыл дверь и мы поняли, что внутри нет охраны, мы вошли внутрь. Повсюду стояли коробки, валялись инструменты и что-то большое, накрытое брезентом и прибитое к полу верёвками и кольями. Аэнон быстро подошёл к этому большому предмету и начал стягивать брезент, открывая взору нечто среднее между медузой и подводной лодкой.
Когда он сдёрнул брезент, я поняла, что транспортное средство — эта
Аэнон подошёл к ней и приложил ладонь к корпусу. Мгновение спустя субмарина ожила, и в её боку поднялся люк, открывая взору гладкий, яркий интерьер. Аэнон повернулся, чтобы посмотреть на меня, и протянул руку.
— Залезайте, — сказал он.
— Ты первый, — сказала я Блэкстоуну. — Я не имею ни малейшего представления, как управлять этой штукой.
— А ты думаешь, я знаю? — парировал Блэкстоун.
Делора застонала.
— Отойдите в сторону, вы оба, — сказала она, врываясь в подводную лодку. — Я возьму управление на себя.
Блэкстоун посмотрел на меня, затем на Аэнона. Его глаза сузились, взгляд задержался. Услышав крики охранников где-то поблизости, он шагнул внутрь.
— Поторопись, — сказал Аэнон, — Они могут знать, что мы здесь.
Я подошла к нему.
— Пойдём с нами, — сказала я. — Ты не обязан оставаться здесь.
Он покачал головой.
— Я не могу. Я связан долгом с народом Каэриса и Летними Фейри.
— Я тоже Летняя Фейри… по крайней мере, я так думаю, если только это тоже не было ложью.
Аэнон взял меня за руку.
— Ты одна из нас, — сказал он. — Твоё место здесь, в Аркадии, с нами. Меня огорчает, что мы не смогли стать народом, которым ты могла бы гордиться.
Я сглотнула.
— Я… горжусь некоторыми из вас…
— Наши пути ещё пересекутся. А пока я должен разобраться со своей сестрой и королём, — кто-то начал барабанить в дверь склада. Он подвёл меня к подводной лодке. — Иди, я их задержу.
— Они повесят тебя за то, что ты помог нам.
— Пусть попытаются.
