– Не надо сейчас, – шепнул он, – все потом. Ты действительно не в силах это исправить.
В голосе архистража не было прежних насмешливых или снисходительных интонаций, он говорил спокойно, даже с легким оттенком сочувствия. Настолько тонким, что ему удалось не вызвать раздражения у Лады. Ведь в чем в чем, а в жалости она не нуждалась, тем более от него.
Ведьмочка настолько ушла в собственные мысли и переживания, что для нее на какое-то время потеряло значение, кто он и почему рядом. Обволакивающий тихий шепот помогал сдерживаться, не броситься защищать самое дорогое в жизни и тем самым навредить. Рангар, чувствуя, что Лада постепенно берет эмоции под контроль и мало-помалу возвращает способность мыслить трезво, убаюкивающе продолжал:
– Попытайся принять, хоть ты нам и не веришь. Ценность Али для него огромна, ради нее этот демон способен на то, чего ни ты, ни я не можем вообразить. Ла-ада, – искушающе, доверительно, как умеют только демоны, – я знаю, о чем говорю. Фенрир стоит того, чтобы пойти навстречу обстоятельствам, – даже тембр голоса архистража стал чуть ли не осязаемо бархатным. – Как бы тебе ни претило, но есть данность, и теперь нам придется находить общий язык.
На краткий миг, совсем неуловимо, Лада прижалась к груди Рангара, словно в самом деле нашла в нем опору. Утонченные черты лица ищейки смягчились, в ясных глазах текло расплавленное золото.
Фенрир поставил Алинро на ноги, и она бросилась к бабушке. В ту же секунду с ведьмочки будто оцепенение спало, она недовольно дернула плечом и сбросила с себя руки коварного наглеца. Буркнула что-то о подлых мужиках, не гнушающихся ни приемами, ни ситуациями, и шагнула навстречу внучке. Присела и крепко обняла девочку, только теперь по-настоящему успокаиваясь. Рангар широко улыбался.
Правда, улыбка быстро испарилась, стоило ему перевести взгляд с Листар на хмурого асурендра, с задумчивостью разглядывающего труп. Рангар обошел девчонок и приблизился к своему лорду.
– Жаль, ты его убил. Из живого вытащить информацию проще, чем из мертвого.
– Его убил мой артефакт, который Алинро носит на шее. Я не успел вмешаться. Сомневаюсь, что он много знал: высший, но с весьма посредственным магическим потенциалом, таких используют как пешек.
Рангар всмотрелся в лицо мертвого демона: никогда не встречал его ранее. Проклятье, даже тут зацепиться не за что, а могли бы оттолкнуться от круга его знакомых.
– Что удалось считать?
– Ничего дельного. Влез через окно, перепугал Альку, успел поставить полог тишины до того, как она заверещала, затем попытался ее заткнуть. Мелочь тяпнула его за палец и успела выудить из своей кучи сокровищ вон тот прут. – Фенрир хмыкнул. – Этот придурок не думал, что Алинро будет защищаться, а не забьется в угол от страха. Недооценка противника, пусть он и кажется заведомо слабым, вышла ему боком: потерял бесценные мгновения. Артефакт распознал угрозу, ну а дальше ты видишь. Тут без вариантов: я его настраивал на результативные боевые заклинания, чтоб уж наверняка, если что.
– Странно, – Рангар потер подбородок. – Выходит, его не проинструктировали насчет девочки. Или…
– Этого мы точно уже не узнаем, – скривился Фенрир. – За тренировки с мелкой я уверен: свидетелей не было. Что насчет твоих?
– Здесь тоже чисто, я всегда проверял.
– Значит, если и заметили наш интерес, то зачем именно мы ходим, не знают. В принципе, не каждому придет на ум, что мы станем тратить время на обучение такой козявки.
– Я бы эту вероятность имел в виду, если бы засылал разведку.
– Потому ты рядом со мной, а не валяешься дохлый, проиграв ребенку.
– Погоди, почему ты уверен, что не узнаем? Отдадим дознавателям, если сам возиться не хочешь, у них и не такие пользу приносят.
Фенрир покачал головой.
– Поздно. На нем стоит блок: провести призыв можно только в течение первых десяти минут после смерти, затем сработает принудительный разрыв всех энергетических связей с телом.
Рангар тихо ругнулся. За такое время доставить труп в Нижний они никак не успевали, а воззвать к мертвому демону в Среднем Мире невозможно по законам природы. Сдохни он в Царстве, еще можно было бы попытаться выпотрошить остаточное сознание. В этом мире перед ними лежал абсолютно никчемный материал для зомбирования, вот и все.
– С чего вообще он отважился на подобное? Когда мы оба в доме.
– Хороший вопрос. И тем не менее, не будь на малышке защиты, он бы с ней справился. Его план хоть и был рискован, но при этом не лишен логики. Мы слишком сосредоточились на выяснении отношений и разговоре, никто не ожидал столь вероломной дерзости. А может, его пустили в расход, проверяя степень нашей заинтересованности: добудет что-то полезно – хорошо, нет – посмотрят на наши дальнейшие действия. Чем не цель?
– Тогда бы он нам точно ничего не сказал. Тот, кто его нанял, наверняка предусмотрел и вариант, если гаденыш попадется живым. Раз уж о судьбе трупа позаботился.
– Меня интересует другое: откуда растут ноги этой истории.
