Всего к земле летели восемь боеголовок, но только три из них были настоящими, да и то одна из них так и не взорвалась. А удары о поверхность неядерных «игрушек» хоть в принципе и могли бы нанести какой-то вред от кинетического удара, но были совершенно незаметны на фоне двойного ядерного взрыва, разнесенного эпицентрами друг от друга на сотню километров.
Затряслась земля, сморщилась поверхность планеты, сдуло зелень и вскипятило воду озер и рек, сгорели в огне птицы и животные, перемешалась земля под поверхностью и в разломы вырвался горючий газ, добавивший свою лепту в локальный конец света.
На орбите спутник южан успел только краем захватить картинку взрывов, да и то, смазанную откуда-то появившимися облаками, скрывшими происходящее. Система мысленно вздохнула своими электронными потрохами — все-таки не получилось синхронизировать прохождение спутника над территорией со взрывом — задержки в командах, старая техника, неточность… Осталось ждать следующего прохода, надеяться на отсутствие туч и облаков и на вероятностную удачу, что можно будет заметить реакцию противника, если он существует. Какую? Да кто его знает? Может в ответ полетят ракеты, может появится техника врага, или иное информационно-энергетическое противодействие. Главное понять, что враг существует и все это не зря.
Спутник же земного исследователя планет в этот момент находился практически на противоположной стороне планеты и не смог заметить ни запуска ракет, ни их пролета, хотя в течение где-то минуты теоретически он мог бы наблюдать необычное явление в атмосфере, а может даже и заметить их следы в тропосфере, но увы, текущий режим работы и направление «взгляда» это ему не позволили. И уж тем более он не заметил самих взрывов.
Сергей задумчиво посмотрел на Волансу, тихо сидящую в его объятиях и кажется, даже не помышляющую вставать. Вернее посмотрел на ее темечко, расположившееся аккурат под его носом и радующее его зрение сине-зелеными переливами. После разговора с нею ее волосы будто приобрели заряд бодрости и весело давали знать окружающим об этом факте.
Вдруг по телу девушки пробежала волна озноба, она наконец оторвалась от землянина и как-то удивленно посмотрела на него.
— Что? — он вопросительно поднял брови.
Передернув плечами, Воланса сказала:
— Дочь неспокойна и недовольна. Не пойму, чем… Похоже ей сделали больно, но это точно не я! — Она расширила глаза и уставилась на Сергея, — Я же ничего не делала! Почему она недовольна?
— Думаю, ты тут не причем, — вздохнул Сергей. Сейчас было бы неплохо оказаться в своем командном центре на иске, но и оставлять Волансу после такого близкого и важного разговора не дело. Так-то он и так может получать информацию от СУНИКа, но, похоже, возникла такая ситуация, когда и Волансе надо быть в курсе происходящего. А пускать девушку внутрь своего фактически дома, он был еще не готов. Несмотря на всю несуразность их взаимоотношений, их все еще можно было воспринимать отстраненно, пусть и с натягом, да хотя бы в качестве исследования местной флоры, фауны и населения, а вот так… Сначала пустишь к себе в дом, потом в душу, а потом не выгонишь оттуда. Все начинается с малого…
«Джин, принеси, пожалуйста, проектор сюда, в беседку».
«Так у нас вроде нету».
«Пока дойдешь, будет — я дал команду СУНИКу напечатать его. Так что не ворчи, оторвись от Шерхана — у него скоро лысина будет от твоих чесаний на загривке, и тащи свою задницу сюда!»
«Кое-кому тоже не помешало бы оторваться от кое-кого», — пробурчал ИРОКОМ.
«Не могу…», — вдохнул Сергей, — «Это как доверившегося щенка обидеть».
«Вот, значит, как ты к ней относишься?» — хмыкнул Джин.
Сергей в который раз вздохнул. Только в этот раз долго и протяжно, от чего даже Воланса беспокойно пошевелилась, до этого снова прижавшись к нему.
«Нет… Конечно же нет… Это сложный вопрос», — он зарылся носом в шевелюру девушки и глубоко вдохнул ее запах. Он был необычным, слегка отдавал ароматными тонами, и с каждым разом все больше и больше ему нравился. Возможно менялся сам запах, а может Сергей просто привыкал, так сказать — принюхивался.
Скоро появился Джин и Сергей, прежде чем подняться на ноги, мягко отстранил Волансу.
— Сейчас будем смотреть, что причинило боль твоей Дочери.
— И ничего она не моя дочь, — недовольная тем, что приходится отрываться от такого уютного Повелителя, пробормотала девушка, — Все совсем наоборот, это я — ее.
