Воланса проснулась от очень вкусного запаха, витающего в воздухе. Повелитель, оказывается, пожарил мясо — это блюдо она уже пробовала, но оно неизменно ее радовало, так как мало того, что было само по себе вкусным, так еще и оттенки вкуса каждый раз отличались. К сожалению, сейчас она почти все проспала, но к ее радости Повелитель оставил ей несколько палочек с теплым и сочным мясом. Ей даже не хотелось использовать добавки кохабитанта. Съела она все — на нее просто напал какой-то странный жор, будто она не ела несколько дней.
Повелитель как-то странно на нее смотрел, а потом пошел купаться. Его почти не было видно в наступившей темноте, но ему это совсем не мешало. Воланса отправилась побродить вокруг, хотя темнота сначала заставила ее спотыкаться, но девушка чуть-чуть перестроила глаза и снова стало видно окружающее, зато небо привлекло ее внимание, и она долго стояла задрав голову, и в ней не было ни одной мысли.
Потом, вздохнув, она все же попробовала понять, что произошло совсем недавно, но не могла сконцентрировать мысли на этом. Единственное, что она ощущала — отголоски того странного взрыва в животе. Приятное томление. Да, удачную фразу и слова она вдруг вспомнила — "томление"… Ее снова потянуло в сон — видимо, тот взрыв лишил ее энергии или может что-то другое произошло, но она не могла понять, что именно. Вернувшись к месту, где они расположились, она заметила, что Повелитель уже улегся спать. Он лежал на толстом странном ковре, состоящем в основном из воздуха. Что-то вроде надутого мешка, только квадратного.
Воланса походила вокруг, попыталась закуклиться в кохабитант недалеко от Повелителем, но почему-то не смогла заснуть. Спать тянуло, но чего-то ей не хватало для этого. Она снова стала бродить по лагерю. Подошла к прогоревшим углям, на которых готовилось мясо. Некоторые угольки еще светились, и она смотрела на них. Потом заметила, что остался один пруток с двумя кусочками мяса. Она взяла его и медленно сжевала. Удовольствия уже такого не получила, но она думала, что может не доела и это ей поможет успокоится. Нет, не помогло. Она обняла себя руками и тяжело вздохнула. Потом оторвала специальный листок кохабитанта и прожевала его, очищая ротовую полость. Сплюнула. Посмотрела на небо и побрела обратно.
Остановившись рядом с Повелителем, долго смотрела на него. Он лежал на боку вытянув в сторону руку и спокойно спал. А чего ему спокойно не спать, если где-то в темноте прячется его Мертвый Слуга, который незримо следит за ними и в случае необходимости придет на помощь!? Даже сейчас она ощущала на себе его внимание, хоть и не видела самого.
Взгляд Волансы остановился на руке Повелителя. И тогда она поняла, что ей не хватало! Потихоньку опустившись коленями на надутый мешок, на котором спал Повелитель, она замерла — ей показалось, что он пошевелился. Но нет, и девушка тихо подползла к нему. Снова остановилась и медленно-медленно легла спиной к Сергею рядом так, чтобы ее голова оказалась на его бицепсе. Так же медленно она расслабила шею и снова замерла, чувствуя кожей, как бьется сердце Повелителя. Он не проснулся, и она облегченно вздохнула. Потом взяла его руку, на которой лежала и очень медленно согнула ее в локте, приблизив к лицу. Затем тихо-тихо, чтобы не побеспокоить Повелителя, прихватила ее даже не зубами, а губами, пару раз лизнула и облегченно выдохнула. Вот теперь хорошо, — подумала она, обняв руку и медленно погружаясь в сон, но уже такой приятный и желаемый. То, что истома только усилилась (все-таки хорошее слово она вспомнила!), ее уже не беспокоило, зато она приносила странное и непонятное наслаждение.
Уже практически выключившись, она немного шевельнулась, поудобнее пристраивая свое тело и прижалась спиной к чему-то теплому сзади, а кохабитант, тихо шелестя листьями, наполз на ее тело спереди, защищая от прохлады.
Сергей
Проснулся Сергей от того, что у него затекла рука. А еще потому, что он обнимал кого-то и плотно прижимал этого "кого-то" к себе. Но его больше обеспокоило даже не то, что каким-то образом Воланса оказалась в его объятиях, а то, что он не проснулся, когда она тут пристроилась. Это было неприемлемо. Но проанализирует свой фейл он чуть позже, а пока мысли повернулись к совершенно иной ситуации. Его буквально затрясло от определенных желаний, и он чуть ли не мгновенно снова выкрутил подавитель гормонов, отвечающих за эти желания, на максимум, а шкала теперь уже перешла из желтого состояния в оранжевое. Дела становились все хуже и хуже.
Он аккуратно вытащил руку из куста, который буквально облепил девушку, с сожалением чувствуя, как в ней тает ощущение женской груди, и встал, вытянув слегка потерявшую чувствительность левую руку из-под девушки, а потом медленно побрел к озеру. Разминая затекшую руку, он вошел в холодную воду и с удовольствием плюхнулся в нее, ощущая как уходит нездоровое возбуждение, хоть и сбитое гормонально УНИКом, но не психологически.
Воланса
