— Я опоздал. Надо было пригласить тебя на свидание, когда впервые встретились. Но я не очень хорош в этом дерьме. Подумал, что наберусь смелости, когда увижу тебя в следующий раз, — он провел рукой по волосам, что определенно было нервным жестом. — Но потом ты уехала на пять месяцев и вернулась помолвленной. Я опоздал. Вот… черт.
Он посмотрел на меня, потирая затылок, застенчивая улыбка появилась на его очень привлекательном, очень знаменитом лице. Она была немного неуверенной. Что делало его еще более милым. Олли излучал такую уверенность, и все же в нем было что-то мальчишеское и искреннее, что отличало его от любого другого актера с квадратной челюстью и широкими плечами.
— Если тебе от этого станет легче, я принадлежала ему, когда впервые встретила тебя, — сказала я ему, думая о том, что могла не встретить Джея, ждала бы, пока Олли наберется смелости пригласить меня на свидание, и я сказала бы ему «да».
Я уверена, что он мог бы пробудить во мне больше солнечного света, сделать так, чтобы тьма внутри меня была всего лишь тенью. Конечно, он мог бы притворяться все это время, оказавшись ужасным в постели, но я так не думаю.
Размышления не принесли особой пользы. Точно так же, как это было с Брентом. Моя жизнь такая, какая есть. Я бы не стала ничего менять. Не хотела. Хотя иногда это меня пугало. Несмотря на то что Джей пугал меня тем, что я чувствовала к нему. Пугала его жизнь с кровью на руках, люди с оружием, «борьба за территорию», и куча разных способов, которые могут забрать его у меня.
Олли наклонил голову, глядя в глаза.
— Мне от этого не легче, — ухмыльнулся он. — Но он счастливый человек.
— Я счастливая женщина, — возразила я.
Он прищурил глаза.
— Если он когда-нибудь облажается, позвони мне.
Я рассмеялась.
— Он не облажается.
Его лицо стало серьезным.
— Надеюсь, что он настолько умен.
Повисло молчание, я почувствовала себя немного неловко, прежде чем он хлопнул в ладоши.
— Ну, если я не могу жениться на тебе, то хотя бы наряди меня как нормального мужчину, чтобы я смог привлечь нормальную, адекватную женщину.
Я улыбнулась.
— Ну, ты никогда не будешь выглядеть как нормальный мужчина, потому что ты… это ты. И мы не в той отрасли и не в том городе, если уж на то пошло, для адекватной женщины, но давай постараемся сделать все, что в наших силах.
И мы это сделали. Просто так Олли пережил отказ. Не куксился и не злился. Он смирился с тем, что не может заполучить меня, смирился с тем, что я выбрала своего мужчину, и смирился с тем, что мы будем друзьями.
Да, к счастью для меня, он был хорошим парнем. Чертовски близко к прекрасному принцу.
И это здорово. Если вам нравятся такие.
***
Наказание, которого я ожидала, когда вернулась домой, не было. Дебюсси играл, Джей стоял на кухне, рукава рубашки были закатаны. Мы собирались выпить, потому что Рен предложила устроить встречу. Напитки будут крепкими даже для лошади, а это означало, что еда перед алкоголем обязательна. Я упомянула об этом Джею в шутку на прошлой неделе, когда она позвонила нам, но не думала, что он воспримет меня так серьезно.
То, что он сделал, согрело мне сердце.
И на сердце у меня было тепло, пока я не увидела его лицо и не почувствовала энергию, когда вошла на кухню и положила сумочку на стойку.
Он поцеловал меня, прижал к себе, но что-то было не так. Что-то, что заставило меня отступить на другую сторону кухни, радуясь, что рядом стоял свежий мартини.
Джей ничего не сказал. И я тоже. Он не из тех парней, который говорит: «Привет, дорогая, как прошел твой день?» Но он был тем парнем, который пообещал наказание, когда я сегодня вернусь домой. И он выполнял свои обещания, особенно когда дело касалось наказаний. Наказаний в виде половых актов, наказаний, которые включали в себя удары плетками, завязывание глаз и чрезвычайно грязный секс. Да, он сдерживал эти обещания. Каждый. Раз.
Но не сегодня.
Хотя я не сделала ничего плохого, беспокойство съедало мой желудок. Это само по себе было наказанием. Горечь в воздухе, напряженная челюсть Джея, его закрытые глаза.
— Ты больше не должна с ним видеться, — наконец заговорил Джей.
Я моргнула, глядя на мужчину передо мной. Мой будущий муж. Он мягко произнес эту фразу. А затем вернулся к нарезке грибов.
— Прошу прощения?
Мой тон заставил его оторвать взгляд от грибов. Спасибо и на этом.
— Оливер Каммингс. Он хочет тебя, Стелла. Ты моя, — он медленно выговаривал каждое слово. Настойчиво. Он отложил нож, положил ладони на кухонную стойку, полностью сосредоточив на мне свое внимание. — Я не хочу, чтобы ты проводила время с мужчиной, который хочет то, что принадлежит мне.
Я сделала глубокий вдох. Потом еще один.
— Хорошо, итак, несмотря на то, что ты очень умный мачо-преступник, ты, очевидно, не знаешь, как расшифровать предупреждение в тех двух словах, которые я только что произнесла, и ты решил еще дальше закапывать себя, — я не говорила медленно. И я не говорила ровно, как Джей. Мое лицо не было тщательно непроницаемым. Я показала, насколько взбешена своим тоном, выражением лица и языком тела.