Джей молча стоял позади меня, мы оба смотрели в темноту. Я ждала, что он прикоснется ко мне, предложит больше. Я жаждала этого. Но он ничего не сделал.
— Стелла, иди в постель, — приказал он холодным, повелительным голосом. Я почувствовала это у себя между ног, несмотря на свою печаль.
И, как всегда, я подчинилась ему.
***
Он трахнул меня так, как я любила. И так, как ненавидела. Это было холодно, жарко, отстраненно и слишком близко одновременно. Таким был Джей до того, как мы по-настоящему стали собой.
Хотя мои мышцы горели, а тело гудело от удовлетворения, часть меня похолодела от страха и беспокойства. Когда он вышел из меня и скатился с кровати, он отодвинулся еще дальше. После этого он даже не прижал меня к своей груди. В прошлом он заходил в ванную за полотенцем и аккуратно, с благоговением вытирал меня. К этому моменту я обычно едва просыпалась, несмотря на свои страхи.
В моем теле росла жизнь в дополнение к тому, что я работала практически круглосуточно. Безостановочное беспокойство о Джее, будущем нашего брака и душевном состоянии Рен. А потом секс, похожий на конец света. Именно так я чувствовала себя каждую ночь. Как будто мы были единственными людьми, оставшимися на краю света, в нескольких шагах от верной смерти, цепляясь друг за друга изо всех сил. В последний раз.
Это было сногсшибательно, но ужасно. И все же, несмотря на это, я погрузилась в забвение. Не знаю, когда он возвращался в постель, но знала, что в какой-то момент он засыпал, потому что мой мочевой пузырь всегда будил меня по ночам.
Этой ночью я боролась со сном, потому что даже гормоны не могли побороть страх, что Джей ускользает от меня.
Я заговорила, когда он встал, обнаженный, его силуэт вырисовывался из лунного света.
— Я могу это пережить, — сказала я его покрытой шрамами спине. — Я могу справиться со всем этим. С твоей жизнью. И что с ней связано. Думала не справлюсь, но я смогу, — Джей не обернулся. — Несмотря на то, что ты говоришь себе ежедневно, я смогу. Я выбрала тебя. И готова пережить эту часть твоей жизни. Эту часть нашей жизни. Потому что я дала клятву. Я дала обещания о жизни и вечности, — я судорожно втянула воздух, на глаза навернулись слезы. — Это не просто обещания, это клятвы, Джей. К лучшему или к худшему. И пока у меня есть ты, я смогу пережить худшее, что может преподнести нам жизнь, даже если ты в этом сомневаешься. Даже если ты ненавидишь себя. Я могу и выживу. Для нас. Для тебя. Я никуда не уйду. Чего я не смогу пережить, так это твою потерю. Те части тебя, которые были только моими. Я тебя не виню. За все это. Я не ненавижу тебя, Джей. Я люблю тебя.
Теперь я плакала. Слезы тихо текли по моей щеке, Джей все еще стоял ко мне спиной.
Он долго молчал. Слишком долго.
— Ты должна ненавидеть меня, — наконец ответил он. — Я не заслуживаю твоей любви, Стелла.
А потом он пошел в ванную. Взял полотенце, вымыл меня и оставил в постели одну, а я тихо плакала, пока не заснула.
========== Глава 17 ==========
Они застрелили Эрика. В лицо. Средь бела дня.
Я могла бы закричать. Или, может, была в слишком сильном шоке, чтобы сделать это. Все было нормально, я потягивала кофе без кофеина – Эрик рассказывал о том, что Киран хочет съехаться, но лично он считал, что это слишком рано. Я убеждала его пойти на это, никогда не бывает рано, когда дело доходит до любви и все такое. Я дразнила большого, неуклюжего задиру за то, что он был абсолютно напуган перед лицом любви.
Я дразнила его, думая о том, как сказать своему мужу, что я беременна, наказывая себя за то, что держала эту тайну взаперти. Настоящее лицемерие, я держу это в себе, твердя, что не хочу больше секретов. Но я боялась. Боялась человека, которым Джей был сейчас, человека, которому пришлось принять самые темные стороны себя, чтобы сражаться в этой войне. Нет, я знала, что он был напуган, напуган тем, что может случиться со мной, тем, что уже случилось с Рен.
У меня почти не было времени на разговор, который изменил бы мою жизнь. То, что случилось с Рен, все изменило. Вывело свою опасную и порочную жизнь из тени на дневной свет. Опасность превратилась из какой-то безликой, чужеродной сущности в нечто реальное, достаточно осязаемое, живя как шрам на моей руке и рана в сердце. Реальность того, что повлекла за собой жизнь Джея – от чего он пытался защитить меня, – украла у меня мужа. Да, он все еще был в нашей постели каждую ночь, за исключением тех случаев, когда уходил в темные часы, а потом возвращался. Он всегда принимал душ первым. Однажды я встала, чтобы пойти с ним. Вода была светло-розовой, разбавленной кровью. Я помогла смыть ее.
Джей все еще трахал меня, настойчиво, голодно и жестоко. Но он был мысленно мертв, и я надеялась, что, когда все закончится, я верну его.
Джей делал все, что мог, дабы положить этому конец, выиграть войну. Но кровь запятнала наш дом.
Какие вещи только не делали мужчины, чтобы показать, что им не все равно.