– Ты очень напоминаешь мне Кэт, дорогая. Добрая и нежная, благородная и преданная. Дрю очень повезло с тобой. Вайзы очень умные в выборе своих дам.
– Спасибо, профессор.
Найлз повернулся и обошел машину, направляясь к водительскому сиденью.
– Для тебя я Найлз, моя дорогая. Обязательно звони мне, если кому-то из вас что-нибудь понадобится. – Открыв дверцу водителя, он прислонился к автомобилю. – Позаботься о ней.
Найлз скользнул в машину и через некоторое мгновение на стоянке, где только что стоял его автомобиль, осталась только пыль. Позади нас мы слышали рев толпы и стук каблуков Морган и Гэвина, мчавшихся к лимузину. Зернышки риса сыпались на них сверху. Гэвин и Морган исчезли в лимузине, который тронулся с места и скрылся в том же направлении, в котором мгновение назад скрылся Найлз.
– Что ты скажешь, если мы соберем свои вещи и уберемся отсюда? – предложила Маккензи.
Я положил руку ей на поясницу.
– С удовольствием!
Глава 19
Дрю тяжело вздохнул, взяв меня за руку. С каждым шагом мы медленно приближались к дому. Утреннее солнце озаряло нас, бусинки пота блестели на моей шее, заставляя волосы прилипать к коже. Мы не торопились. Никто из нас не спешил столкнуться с тем, что находилось в доме перед нами. События последних двадцати четырех часов привели нас в смущение и некоторую оторопь. Единственное, что имело смысл, так это то, что нас по-прежнему тянуло друг к другу.
Дрю легонько сжал мою руку, судорожно сглатывая, едва мы достигли входной двери. Он вынул руку из кармана своих пляжных шорт и потянулся к ручке двери.
– Знаешь, – он замолчал, смотря на дверь так, будто она вот-вот проглотит его живьем, – мы могли бы пропустить завтрак и поехать в аэропорт. Джаред соберет наши вещи.
Я крепко обняла его.
– Лив летит с нами обратно, так что от этого никуда не деться. В любом случае, лучше столкнуться с этим сейчас.
Дрю помотал головой.
– Да. Думаю, ты права.
– И так как ты продолжаешь работать в фирме своего отца, от него тоже никуда не деться.
– Наверное, самое время нам с Гэвином поговорить о создании собственной фирмы.
Я не была уверена, шутит он или нет, но не стала оспаривать эту идею. Сделав несколько глубоких успокаивающих вздохов, Дрю повернул ручку. Дверь открылась, петли скрипели так, словно хотели нас выдать. Мы вошли внутрь и обнаружили, что дворецкого, который всегда нас приветствовал, нет. Никто не ждал и в фойе, как в день нашего приезда. Все добродушие и официозность пропали.
Я не призналась Дрю, что чувствовала себя ребенком, тайком пробирающимся домой после тайной вечеринки. Наш отъезд со свадебного банкета был внезапным, но оправданным. Мы никому ничего не сказали и передали все через Энди; только она одна знала, что мы сбежали кормить наших кошек. Энди потребовала узнать, что рассказал нам Найлз, но Дрю отмахнулся от нее. Ему требовалось время, чтобы переварить все услышанное от професора.
Мы провели большую часть вечера и всю ночь в разговорах, слушая его пересказ раз за разом, пересеивая через мелкое сито каждую деталь разговора с Найлзом. Он расспрашивал меня, желая подтвердить свои мысли, словно я была главным свидетелем. Мое сердце разрывалось каждый раз, когда Дрю подходил к осознанию того, что гнев и обида его отца фактически превратились для него в личное отвращение и отчаяние.
– Здесь никого нет, – пробормотал Дрю, закрывая за нами дверь.
Холодный ветерок покалывал мою кожу, вызывая неприятный озноб. Издалека слышался грохот тарелок и светские разговоры. Завтрак уже подали, а для нас остался лишь скромный кусок свадебного пирога.
– Слава Богу, что ты здесь! – зашипела Энди.
Она появилась из-за угла и подбежала к нам, ее темно-каштановые волосы с медовым оттенком вились на голове бесформенной кучей, губы были ярко-красные, а ее наряд выглядел так, будто она только что сошла с обложки журнала. Рядом с ней я чувствовала себя простой крестьянкой в желтом летнем платье макси. Было легко понять, что в ней привлекло Джареда, и где-то глубоко внутри себя я ощущала уколы ревности, что такая красотка, так легко вытеснила меня из сердца Джареда. Но Джаред заслуживал быть счастливым, и я бы лично положила свою ревность на полку, только чтобы увидеть его счастье. Энди обняла нас обоих и тут же схватила Дрю под руку.
– Все ведь в порядке? – с беспокойством спросил Дрю.
– Ты имеешь в виду все, кроме этого дома, заполненного зомби? Конечно, все в порядке.
– Зомби? – вскричала я.
– Да. Похоже на ночь живых мертвецов. – девушка указала на столовую. – Папа и мама не сказали друг другу ни слова. Сеньорита Психопатка ведет себя очень странно. Она пожелала нам с Джаредом доброго утра, сказала «спасибо» и «пожалуйста» за завтраком. Что, черт возьми, случилось прошлой ночью?
Дрю тяжело вздохнул, а затем вкратце рассказал о разговоре с Найлзом прошлой ночью.
– Позвольте мне уточнить. У мамы и Найлза был роман?
– Нет. Папа верит в это, но Найлз утверждает, что такого никогда не было.
Лицо Энди скривилось.
