– О! – она наклонилась и прижалась губами к моему животу. – Проснись, Джейсон. Мы хотим поиграть с тобой.
Я взглянула на Дрю и потрепала по головке нашу милую маленькую девочку.
– Он не сможет так сразу поиграть с вами. Когда он родится, то будет очень маленьким.
– Коннор же маленький! – возразила мне дочь. – Но я все равно играю с ним.
– Я не маленький! – возразил Коннор, притопнув ножкой.
– Нет, маленький! Я же выше тебя.
– Но я взрослее! – не сдавался Коннор.
Раздался стук в дверь, и она приоткрылась.
– Здесь все в приличном виде или нет? – хихикнул Джаред. – Мне бы не хотелось увидеть согнутые в коленях ноги или показавшуюся головку ребенка...
– Джаред! – вскричали мы с Дрю, не давая ему закончить, так как не были готовы заполнять головки наших четырехлетних детей подобными образами.
Джаред открыл дверь, его большие карие глаза, полные озорства, сверкнули на нас.
– Дядя Джаред! – тут же завизжали дети.
Он прошел через всю комнату, чтобы подхватить Хлою с кровати. За ним проскользнула Энди. Ее улыбка чуть потускнела, когда она смотрела на Джареда с детьми, но тут же просияла вновь, стоило ей взглянуть на меня.
– Как поживают мои любимые детишки? – спросил Джаред, опуская Хлою на одно бедро, а Коннора на другое.
Джаред изменился с тех пор, как переехал в Нью-Йорк. Исчезла выцветшая бейсболка и футболки, он обрезал свои длинные волосы и даже расчесывал их. Пока они с Энди не были женаты, я полагала, что их отношениям настанет конец. Что-то словно сдерживало их. Дрю утверждал, что это был страх Энди перед замужеством, но я полагала, что все несколько глубже.
– Как дела, Нова? – спросила Энди, обнимая Дрю.
– Все идет отлично с тех пор, как ей сделали эпидуральную анестезию, – ответил Дрю, подмигнув мне.
– Да, Маккензи всегда плохо переносила боль, – поддразнил Джаред, подмигивая мне.
Он резко обернулся, дети повисли на нем вниз головой, отчаянно визжа.
– О, ты потише или я покажу тебе, что такое боль, – отпарировала я.
– Сколько еще? – спросила Энди.
– Да уже недолго. Воды отошли примерно тридцать минут назад.
– А твои родители? – спросил Джаред.
– Мама и Найлз едут в больницу.
Два года назад у Кэт закончилось терпение в отношении Джонатана и его властных манер. С помощью троих своих детей она покинула его. Следующим ее шагом стало заявление на развод, которое она подала в контору «Пелтье-Вайз», чтобы они вели переговоры. Это еще больше взбесило Джонатана, но процесс длился недолго. Во время одной из встреч у Джонатана случился инсульт. Он впал в кому и скончался, не приходя в сознание.
Я очень переживала за их семью. Джонатан оставил незаживающие раны в сердцах своих домочадцев. Его непомерная гордыня никогда не позволяла ему загладить свою вину ни перед Дрю, ни уж тем более перед Кэт. Дрю носил это в себе каждый день. Насколько нам было известно, Джонатан так ни разу и не взглянул на фотографию наших с Дрю близнецов. Поскольку развод так и не был завершен, он оставил Кэт вдовой. Конечно, это пошло ей на пользу, но Кэт как-то призналась, что ей странно называть себя вдовой человека, который так мало в жизни ее любил, и любил лишь свою компанию.
После похорон Гэвин занял свое законное место в компании «Вайз и сыновья», а Кэт переехала во Флориду, чтобы быть ближе к своим мальчикам и внукам. Совет директоров настаивал на переезде Гэвина и Морган в Бостон, но они отказались. Семья Морган жила во Флориде, там же она построила свою карьеру, да и Кэт перебралась в Сарасоту, так что им нечего было делать на севере. Гэвин пытался уговорить Дрю, вернуться в семейный бизнес и, хотя предложение было очень щедрым, Дрю не мог позволить себе погубить собственную фирму. Они с Налзом основали собственную фирму. Их отношения стали чем-то очень большим для них обоих. И глупо было оставлять все.
– Билл, Линдси и бабушка должны вот-вот приземлиться, – дополнил Дрю. – Гэвин заберет их из аэропорта. Думаю, втайне он надеется снова увидеть бабушку.
Мы все посмеялись над Гэвином. После поездки в Амарилло он очень сдружился с бабушкой, а она объявила его своим. Гэвин стал поддерживать с ней связь. Во время их приезда она произвела на него неизгладимое впечатление.
– Привет?! – Кэт стремительно вошла в комнату.
– Бабушка! – вскричал Коннор, вырываясь из рук Джареда.
Кэт и Найлз вошли в мою родильную палату, которая теперь напоминала муравейник. Кэт выглядела потрясающе счастливой и здоровой. Через несколько месяцев после смерти Джонатана они с Найлзом начали встречаться. Все это время она питала к нему нежные чувства, но верность мужу и преданность семье не давали ей возможности обнажить их. Вскоре они поженились и теперь были счастливы в браке. Дрю очень гордился матерью. Мало того, что теперь она жила той жизнью, которую заслуживала, так еще и не притронулась к алкоголю после смерти Джонатана.
Найлз обнял Энди, затем крепко пожал руку Дрю.
– Хороший день для новой жизни, – произнес он.
– Действительно, – ответил Дрю.
– Как твои дела, моя дорогая? – спросил Найлз, слегка поглаживая мою руку.
Я сжала его руку в ответ, мои веки слегка отяжелели.
– Просто чудесно!
